Все документы по истории

Содержание

ИСТОРИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ
ОТ ДРЕВНОСТИ И ДО СЕГОДНЯШНИХ ДНЕЙ

   

                                Часть восьмая

                                  назад

БРАТЬЯ ХУСЕЙН: Цена ошибки

   Мюриель Маккей, домохозяйка средних лет, была  похищена,  как  оказа-
лось, по ошибке - и для ее мужа-журналиста заголовки газет  в  тот  день
стали воплощением самого жуткого сна. Но даже сейчас только ее похитите-
ли знают, какая судьба постигла несчастную женщину.

   Мюриель Маккей жила в устроенном, комфортном  и  благополучном  мире,
укрытая от любых возможных неприятностей за широкой спиной  своего  мужа
Алика. Будучи "номером два" в газетной империи промышленного магната Ру-
перта Мердока и заместителем председателя редакционного совета массового
выпуска английской газеты "Ньюс оф уорлд", Алик Маккей каждый день стал-
кивался с проявлениями преступности и порока.
   Отправив мужа утром на работу, миссис Маккей спокойно проводила  свои
дни в заботах о роскошном доме в Уимблдоне и развлечениях с  приятельни-
цами в фешенебельном клубе. Так продолжалось до тех пор, пока вечером 29
декабря 1969 года она не исчезла навсегда.


   Миллион - к среде

   Алик Маккей в тот вечер вернулся в свой дом в 20 часов. И  сразу  по-
нял: что-то случилось. Прежде всего журналиста насторожило то,  что  па-
радная дверь была не заперта: он и  Мюриель  принимали  тщательные  меры
предосторожности после того, как несколько месяцев назад кто-то  пытался
проникнуть к ним в дом.
   Войдя в холл, Алик увидел на полу сумочку  жены.  Содержимое  сумочки
валялось на ступеньках лестницы. На столе лежали обрывки  лейкопластыря,
моток крепкой веревки и выглядевший зловеще кухонный топорик  для  рубки
мяса. Алик громко позвал жену, потом схватил топорик и  побежал  наверх.
Мюриель нигде не было. Встревоженный муж кинулся к соседям, а потом поз-
вонил в полицию.
   Через несколько часов, в тот момент, когда детективы тщательно осмат-
ривали дом и снимали отпечатки пальцев, раздался телефонный звонок. Про-
изошел такой разговор:
   Незнакомец. Это группа "Мафия-три". Мы из Америки. "Мафия-три".  Ваша
жена у нас.
   Алик. Моя жена у вас?
   Незнакомец. Вам понадобится миллион фунтов стерлингов к среде.
   Алик. О чем вы говорите? Я не понимаю.
   Незнакомец. Мафия. Понимаете?
   Алик. Да, я о ней слышал.
   Незнакомец. Ваша жена у нас. Это будет вам стоить миллион фунтов.
   Алик. Это нелепо. У меня нет никакого миллиона.
   Незнакомец. В таком случае вам лучше достать его. У вас есть  друзья.
Возьмите деньги у них. Мы хотели захватить жену Руперта Мердока. Не выш-
ло. Поэтому вместо нее мы взяли вашу жену.
   Алик. Руперта Мердока?
   Незнакомец. Вы должны достать миллион к среде, или мы убьем  ее.  По-
нятно?
   Алик. Но что я должен делать?
   Незнакомец. Все, что вы должны делать, - это ждать контакта с нами. Мы
дадим вам инструкции. Либо у вас будут деньги, либо у вас не будет жены.
Мы свяжемся с вами опять.
   На другом конце провода положили трубку.
   Откуда раздался звонок, полиция определить не смогла.
   В восемь часов утра следующего дня почтальон принес в злосчастный дом
письмо. Внутри конверта лежал листок дешевой голубой бумаги, на  котором
почерком Мюриель было написано:
   "Пожалуйста, сделай что-нибудь, чтобы я вернулась домой. У меня завя-
заны глаза, мне холодно. Пожалуйста, пойди им навстречу, потому что я не
могу больше выдержать. Я постоянно думаю о тебе, о семье и  друзьях.  За
что мне такие страдания? С любовью, Мюриель".


   "Я падаю духом..."

   Несколько дней Алик не имел никаких сведений ни о жене, ни о ее похи-
тителях. Но голландский ясновидец Джерард Круиз, который  в  свое  время
точно указал, где спрятаны трупы детей - жертв убийцы в одном  из  нашу-
мевших дел, заявил, что Мюриель прячут на границе между Эссексом и Херд-
фордширом, примерно в сорока милях к северу от Лондона. Полиция проигно-
рировала это заявление. И, как оказалось, зря...
   Лишь 20 января 1970 года бригада из тридцати  детективов,  работавших
по этому делу, получила зацепку. По почте пришло еще одно  письмо  Мюри-
ель, отправленное, судя по штемпелю на конверте, из городка, расположен-
ного севернее Лондона. Миссис Маккей писала:
   "Здоровье  мое  ухудшается,  я  падаю  духом.  Пожалуйста,  пойди  им
навстречу. Прости, что пишу неразборчиво, у меня завязаны  глаза  и  за-
мерзли руки. Пожалуйста, не вмешивай полицию и  сотрудничай  с  группой,
называющей по телефону код "М-З". Чем раньше ты  достанешь  деньги,  тем
быстрее я смогу вернуться домой, иначе ты никогда меня  больше  не  уви-
дишь. Дорогой, ты можешь все сделать быстро? Пожалуйста, умоляю, не вме-
шивай сюда полицию, если хочешь меня увидеть. Мюриель".
   На следующий день раздались три телефонных звонка от похитителей. Они
давали инструкции, где оставить денежный выкуп. Алик потребовал  от  них
доказательств того, что жена его жива. Банда прислала в  ответ  пакет  с
тремя кусочками зеленой шерстяной материи от одежды Мюриель  и  обрезком
кожи от ее туфель. Эксперты-криминалисты смогли обнаружить на пакете от-
печаток большого пальца, который впоследствии стал важнейшим доказатель-
ством обвинения.
   Выкуп требовалось отдать двумя частями, по 500 тысяч фунтов  стерлин-
гов каждая. Алик дал полицейским 300 фунтов в  потертых  банкнотах,  ос-
тальные деньги представляли собой листы чистой бумаги. Однако  несколько
попыток передать "выкуп" похитителям оказались неудачными.
   Наконец наступила пятница, 5 февраля, день, который в  очередной  раз
назначили похитители Мюриель. Пакет с выкупом нужно  было  выбросить  из
машины возле городка Бишопс-Стортфорд. Полиция наводнила весь  этот  ра-
йон. Но на приманку никто не клюнул. Тем не  менее  полицейские  засекли
"вольво-пикап", который кружил в это время по соседним дорогам.  Выясни-
лось, что эта машина с регистрационным номером "XGO 994G" уже попадала в
поле зрения детективов во время предыдущих попыток передать выкуп. Быст-
рая проверка показала, что машина принадлежит человеку  по  имени  Артур
Хусейн. Он оказался выходцем из Вест-Индии, по профессии портным,  кото-
рый мечтал разбогатеть.
   В 1967 году Хусейн и его жена-немка Эльза купили ферму Руке в деревне
Стокинг-Полхэм в нескольких милях от Бишопс-Стортфорда. Через  несколько
месяцев к ним приехал младший  брат  Артура  Низамудин.  Жители  деревни
прозвали Артура "Королем Хусейном", поскольку  он  постоянно  хвастался,
что в один прекрасный день станет миллионером. Но они и не  подозревали,
каким образом Артур намеревался осуществить свою мечту.


   Как вынашивался план

   Однажды вечером Артур Хусейн и его брат увидели по телевизору Руперта
Мердока, который давал интервью. Во время передачи упоминалась жена Мер-
дока Анна. Вот тут-то у Артура и родился план: он  и  Низамудин  узнают,
где живет Анна Мердок, похитят ее и потребуют в качестве выкупа  миллион
фунтов стерлингов.
   Братья осуществили свою "домашнюю заготовку" (во всяком  случае,  они
так считали), но при этом совершили две грубые ошибки. Во-первых, они  с
самого начала перепутали адреса Мердока и Маккея. Во-вторых, они следили
за "роллс-ройсом" газетного магната, не зная, что  Алик  пользуется  им,
когда босс в отъезде.
   Все эти факты выяснились позже, в суде, во время процесса. А тогда, к
вечеру 6 февраля 1970 года, две сотни полицейских обложили  ферму  Руке.
Когда детективы постучались в дом и Эльза отозвалась  из-за  двери,  они
сказали, что якобы ищут тайник, куда воры спрятали похищенные  драгоцен-
ности.
   Когда детективы вошли в дом, Артур не  проявил  ни  малейшего  беспо-
койства. "У меня достаточно денег, -  сказал  он. - Я не занимаюсь скупкой
краденого. Можете искать, где угодно".
   Уже в самом начале обыска полицейские убедились, что  они  на  верном
пути. Первая добыча оказалась в спальне - клочки точно такой же  дешевой
голубой бумаги, на которой были написаны послания Мюриель. Потом нашли и
сам блокнот, а на нем следы, по которым оказалось  возможным  определить
оттиски некоторых слов, написанных рукой Мюриель.  Детективы  обнаружили
также обрез винтовки, из которого кто-то недавно стрелял.
   Но вот чего они не нашли, так это следов Мюриель Маккей -  живой  или
мертвой.
   Утром полицейские обратили внимание на еще одно обстоятельство, подс-
казавшее им вполне возможный, хотя и самый страшный вариант исчезновения
женщины. В печке они обнаружили обгорелые кости, а в самом доме -  крюк,
на который цепляют туши животных при разделке. Артур Хусейн пояснил, что
этот крюк остался здесь от прежнего хозяина фермы. И  невозмутимо  доба-
вил: "Когда мы разделываем теленка, то остатки отдаем собакам, а кости и
голову кидаем в кормушку для свиней".
   Выяснилось, что недавно братья продали несколько  свиней.  Однако  ни
одну из них полиции разыскать не удалось. Иначе, возможно, подтвердилась
бы версия, что Мюриель Маккей была убита, а ее расчлененное  тело  пошло
на корм свиньям.


   К тюремному заключению

   В любом  случае  у  полиции  оказалось  достаточно  оснований,  чтобы
предъявить братьям-фермерам обвинение в убийстве. Среди доказательств фи-
гурировал отпечаток большого пальца, обнаруженный  на  присланном  Алику
пакете, идентичный с отпечатком пальца Артура Хусейна. Эксперты  обнару-
жили также отпечатки пальцев Артура на газете, которую похитители  выро-
нили у входа в дом Маккей в тот вечер, когда пропала Мюриель.
   Братья отрицали свою вину, однако в  ходе  следствия  проявили  прямо
противоположные характеры.
   Низамудин вел себя на допросах по-детски. Однажды он  горько  распла-
кался, уткнувшись следователю в плечо и повторяя:  "О  Боже,  что  Артур
сделал со мной? Что он говорил мне?"
   Совсем иначе держался Артур. Он был разговорчив и на удивление самоу-
верен. На одном из допросов он даже хвастливо заявил, что собирается на-
писать книгу об этой истории, по которой будет  снят  фильм  с  Ричардом
Бартоном в роли детектива и Сэмми Дэвисом-младшим в роли его самого.
   Но братьям ничто не помогло. На судебном процессе оба были приговоре-
ны к тюремному заключению.
   Еще несколько месяцев полиция искала тело Мюриель Маккей. Но  о  том,
что с ней в действительности произошло, знали лишь Артур и Низамудин Ху-
сейн. А они так и не сказали ни слова.
   В качестве горького постскриптума к этой истории приведем  строки  из
письма Алика Маккея в газету "Сан", номер  которой  вышел  на  следующий
день после вынесения приговора братьям Хусейн:
   "Смерть обычно воспринимается как явление  естественное  и
неизбежное... Но в данном случае, при нынешних обстоятельствах никто не
может утверждать, что Мюриель умерла, поскольку тело ее не найдено, хотя
я  уверен, что она уже никогда не вернется домой...
   Я должен смириться с этим очевидным фактом и  продолжать  жить,  нас-
колько это возможно".


   ЛИЗЗИ БОРДЕН: "Женушка-топор"

   Это один из самых примечательных случаев нераскрытых убийств в  исто-
рии американской преступности. Правда ли, что знойным августовским  днем
1892 года учительница воскресной школы Лиззи Борден зарубила топором от-
ца и мачеху, которые не давали ей нормально жить, или это сделал  кто-то
другой?

   Лиз Борден топорик схватила,
   Раз двадцать маман  угостила,
   Затем  за отца принялась -
   По кумполу бедного хрясь!
   Этот детский стишок звучал во время ребячьих игр в  каждой  школе  по
всем Соединенным Штатам. Эхо корявых рифмованных строк преследовало Лиз-
зи Борден до самого последнего ее часа. Действительно ли в припадке сле-
пой ярости она изрубила ненавистную мачеху, а затем - отца-пуританина? И
судья, и присяжные решили, что она этого не делала. И Лиззи вышла из за-
ла суда полностью оправданной.
   Но если Лиззи была невиновна, то кто же  орудовал  топором  в  городе
Фолл Ривер?
   Ни расследование, ни время ответа на этот вопрос так и не дали.


   В нищете и убожестве

   Лиззи Борден родилась в 1860 году в городке Фолл-Ривер, штат Массачу-
сетс. Ее отношения с отцом не заладились с детских лет. Кстати, он  наз-
вал ее Элизабет Эндрю, так как хотел иметь сына.
   Через два года мать Лиззи умерла. Отец, Эндрю Дж. Борден, вскоре  же-
нился на Абби Дарфи Грей, толстой сварливой женщине из простонародья.
   Бывший владелец похоронного бюро, мистер Борден был  богатым  челове-
ком. Почти полмиллиона долларов он скопил на имущественных  сделках.  Но
при этом оставался ужасным скрягой.
   Несмотря на немалое состояние, Бордены жили гораздо хуже, чем  многие
рабочие местной хлопковой фабрики. Эндрю Борден не считал нужным тратить
деньги ни на старый запущенный дом, ни на детей -  Лиззи  и  ее  старшую
сестру Эмму.
   Лиззи сначала обижалась на мачеху, потом стала ее презирать. Она была
уверена, что Абби вышла замуж за ее отца с единственной целью - наложить
лапу на его деньги. Лиззи отказывалась садиться с мачехой за один стол и
всегда называла ее "миссис Борден".
   Лиззи росла бесхитростной, тихой и вдумчивой девочкой. Она часто  хо-
дила в церковь, а свободное время проводила либо на рыбалке, либо за вя-
занием. Нередко она часами мечтательно просиживала у окна своей спальни.
   Вот в такой убогой обстановке провела Лиззи Борден тридцать два  года
своей жизни. А потом, 4 августа 1892 года,  произошло  ужасное  событие,
навсегда положившее конец семейству Борден.


   Дело сделано

   Городок Фолл-Ривер изнывал  от  жары.  Сестра  Лиззи  Эмма  уехала  с
друзьями на природу в местечко Фейрхевен, в двадцати милях  от  Фолл-Ри-
вер. Сама Лиззи после легкого пищевого отравления чувствовала  себя  не-
важно. К тому же настроение ей испортили два недавних происшествия.  Во-
первых, она случайно узнала о намерении обычно скупого отца отдать часть
своего состояния сестре жены, мачехи Лиззи. Разозлившись, девушка  зашла
в спальню Абби, обыскала ее и забрала какие-то дешевые украшения.  Роди-
телям она позже сказала, что в доме побывали воры, однако отцу не соста-
вило труда убедиться, что пропажа - дело рук Лиззи.
   Второе событие произошло, когда кто-то тайком забрался в садик Борде-
нов. Ничего не пропало, но реакция хозяина дома была более чем странной:
он почему-то решил, что непрошеных  гостей   привлекли  голуби,  которых
держала Лиззи, взял топор и отрубил птицам головы.
   Так что в то роковое августовское утро Лиззи  проснулась  в  неважном
настроении. Жизнь в доме шла как обычно. Мистер  Борден  после  завтрака
ушел по делам. Джон Морс, брат его первой жены, приехавший на  несколько
дней погостить, отправился навестить родственников. Миссис Борден начала
домашнюю уборку, а служанка, добродушная ирландка Бриджет Салливан, мыла
окна.
   Примерно в 9 часов 30 минут утра миссис Борден мыла ступеньки лестни-
цы, ведущей в спальню для гостей. В этот момент на ее  голову  обрушился
топор. Потом кто-то нанес ей еще девятнадцать ударов. Экспертиза устано-
вила, что умерла она мгновенно, после первого же удара.
   В одиннадцать часов, обливаясь потом, домой вернулся  мистер  Борден.
Возбужденная Лиззи встретила его и проводила в гостиную. А потом,  оста-
вив отца отдыхать, отправилась на кухню посплетничать с Бриджет, уже за-
кончившей работу. Через некоторое время служанка ушла в свою комнату пе-
редохнуть от полуденной жары.
   Минут через десять она услышала отчаянные крики Лиззи:  "Сюда!  Сюда!
Отец мертв! Кто-то вошел и убил его!" Бриджет кинулась на голос и увиде-
ла Лиззи у двери гостиной. Она не позволила служанке туда войти,  прика-
зав бежать за доктором Боуэном, семейным врачом.
   Где-то ненадолго задержавшись по дороге, пришел доктор.  Он  осмотрел
изрубленное тело мистера Бордена. Как было установлено позже, несчастный
погиб точно так же, как и его жена. На его голове насчитали следы десяти
ударов топором. Диван, ковер, стены гостиной были забрызганы кровью.
   Когда доктор Боуэн накрывал труп простыней, в дом прибежали  встрево-
женные соседки. Одна из них, миссис Аделаида Черчилль, кинулась успокаи-
вать Лиззи. Но та была совершенно спокойна и явно не нуждалась  в  учас-
тии. Соседку такое равнодушие в тот трагический момент потрясло.
   Миссис Черчилль спросила Лиззи, где ее мачеха. И  услышала  в  ответ:
"Представьте себе, не знаю. Она упоминала, что собирается навестить  ка-
кого-то больного. Но я точно не знаю... Мне кажется, что я слышала,  как
она вернулась домой".
   Не прошло и нескольких минут, как миссис Черчилль и Бриджет обнаружи-
ли тело миссис Борден. Она лежала на ступеньках в луже крови.


   Подозреваемые определились

   Поначалу подозрение пало на Джона Морса, чье поведение в тот  момент,
когда он возвращался в дом  Борденов,  озадачило  толпу,  собравшуюся  у
подъезда: подходя к дому, Джон почему-то замедлил шаг и вместо того что-
бы сразу войти в парадную дверь, обошел вокруг дома и  сорвал  с  дерева
яблоко. Полиция тоже предполагала, что  его  алиби  не  очень-то  убеди-
тельно. Однако, когда все факты были тщательно проверены, подозрение от-
пало.
   Детективы с самого начала были убеждены, что оба убийства - дело  рук
кого-то из обитателей дома. Бриджет Салливан они исключили из числа  по-
дозреваемых очень быстро: у нее не было никаких мотивов убивать; имя  ее
не упоминалось в завещании Эндрю Бордена; наличных денег в доме не было.
   Оставалась лишь Лиззи Борден. Ее поведение после происшедшего было по
меньшей мере странным. Когда Бриджет спросила ее, где она была в тот мо-
мент, когда на ее отца напали, Лиззи ответила, что выходила во  двор.  А
на тот же вопрос, заданный миссис Черчилль, ответила, что ходила  в  это
время в сарай за какой-то железкой. Естественно, об этом же ее  спросили
и детективы. Она повторила, что была в сарае и даже съела там три груши.
Полицейские буквально на четвереньках облазили весь  сарай,  но  никаких
огрызков не обнаружили. Кроме того, Лиззи сказала, что  не  видела  тела
мачехи, когда спускалась по лестнице вниз встретить отца.
   А тут еще одна из соседок  сообщила  полиции,  что  вечером  накануне
убийства Лиззи говорила ей, что у ее отца есть враги и она боится за его
жизнь. Но расследование не выявило у конкурентов Бордена никаких поводов
для убийства.
   Выяснилось также, что за день до гибели родителей Лиззи купила в  го-
родской аптеке синильную кислоту и цианид. Объяснить, зачем ей это пона-
добилось, она не смогла.


   Перед судом

   Практически ни одна американская газета не обошла вниманием этот слу-
чай, и все они считали виновной в убийствах Лиззи Борден. Еще бы  газеты
промолчали! Это же была несомненная сенсация - старая дева-дочь отомсти-
ла тирану-отцу и жестокой мачехе.
   Детективы, расследовавшие дело, готовы были согласиться  с  газетами.
Они даже заготовили ордер на арест Лиззи, но решили подождать  до  конца
предварительного следствия, надеясь, что там ее вина прояснится.
   И они не  ошиблись  в  своих  ожиданиях.  Во  время  предварительного
следствия Лиззи допрашивали в качестве  свидетельницы.  Она  утверждала,
что ее не было наверху, когда отец вернулся домой. Стало ясно, что Лиззи
пытается уйти от опасного вопроса: как она прошла по лестнице и не заме-
тила на ступеньках тела мачехи?
   "Я думала, что находилась в этот момент на лестнице, но теперь вспом-
нила, что была в кухне", - сказала Лиззи на следствии. И добавила довери-
тельным тоном: "Когда обдумываешь это ужасное происшествие, многие  вещи
припоминаешь более четко".
   Несмотря на "уточненные  воспоминания",  следствие  выдвинуло  против
Элизабет-Эндрю Борден обвинение в убийстве Эндрю Дж. Бордена и Абби  Бор-
ден.
   К тому времени, когда дело о двойном убийстве попало в суд, провинци-
альное население Америки объединилось в своем недовольстве прессой за ее
"несправедливое отношение" к Лиззи. Богобоязненная добропорядочная  дочь
бессердечного отца вызывала всеобщие симпатии. Простые люди считали, что
тихую учительницу воскресной школы не должны  судить  в  связи  с  таким
дьявольским преступлением. Короче говоря, преобладало  мнение,  что  она
невиновна.
   Тем временем Лиззи оказалась весьма удачливой в выборе адвоката.  Это
был Джордж Робинсон, бывший губернатор штата Массачусетс. В свое  время,
еще будучи при должности, именно он назначил на пост одного из трех  су-
дей, которые вели теперь судебный процесс по делу  Лиззи.  На  предвари-
тельном слушании этот судья по просьбе Робинсона отклонил все  утвержде-
ния обвинения по поводу покупки синильной кислоты и цианида. Таким обра-
зом, прогулка Лиззи в аптеку ни разу даже не упоминалась во время откры-
того судебного процесса.
   Сам процесс шел десять дней. По ходу его было  видно,  как  обвинение
шаг за шагом теряет позиции. Лиззи помогла себе и тем, что упала в обмо-
рок на скамье подсудимых, что вызвало волну сочувствия и в зале, и среди
присяжных.


   Блестящее представление

   Робинсон все проделал блестяще. Он убеждал присяжных заседателей, что
государство поступило жестоко, позволив устроить суд над чистой,  святой
девушкой, обвинив ее в преступлении, которое она не способна  совершить.
Он закончил свою защитительную речь таким обращением к присяжным: "Чтобы
признать ее виновной, нужно поверить в то, что она злодейка.  Джентльме-
ны, разве она похожа на злодейку?"
   Присяжные решили, что непохожа, и признали  Лиззи  невиновной.  Лиззи
Борден встала со скамьи и под приветственные возгласы публики  вышла  из
зала суда свободной женщиной.
   И не только свободной, но и богатой. Она унаследовала  большую  часть
папашиного состояния, такую сумму, о которой и мечтать-то не могла, пока
он был жив. Несмотря на грубый стишок, который выкрикивали ей вслед  ре-
бятишки, она и не подумала уехать из Фолл-Ривер. Правда,  жить  в  доме,
который принес ей столько неприятностей, Лиззи не стала. Она купила дру-
гой дом - в престижном пригороде.
   Бриджет Салливан после суда вернулась в свою Ирландию.  Поговаривали,
что Лиззи, вопреки завещанию отца, дала служанке  довольно  значительную
сумму денег.
   Какое-то время ходили слухи, что Лиззи и  Бриджет  сговорились  изба-
виться от старого жестокого скряги и его противной жены. Но полиция  ни-
когда больше не возвращалась к этому делу. Там были уверены, что в  свое
время арестовали истинную преступницу. По твердому убеждению детективов,
двенадцать добреньких мужчин-присяжных отпустили на свободу убийцу. Кста-
ти, преступник с топором из Фолл-Ривер больше нигде и никогда  не  появ-
лялся.
   Лиззи поселилась в новом доме с сестрой Эммой. По свидетельству сосе-
дей, сестры вскоре начали ссориться и Эмма ушла из дома.
   Лиззи до конца своих дней так и осталась одинокой старой  девой.  Она
скончалась в 1927 году в возрасте шестидесяти семи лет и унесла с  собой
в могилу тайну душного августовского утра.
   Но по сей день убийство в Фолл-Ривер время от времени вызывает споры.
В Америке даже существует "Общество друзей Лиззи Борден", которое  регу-
лярно протестует против обвинений в ее адрес и настаивает на ее невинов-
ности. Но есть также множество людей, убежденных в том, что в тот авгус-
товский день 1892 года забитая и униженная дочь Эндрю Дж. Бордена в конце
концов вышла из себя и жестоко отомстила тем, кто не давал ей  нормально
жить.


   ОСКАР СЛЕЙТЕР: Жертвы предвзятости

   Создатель образа Шерлока Холмса обладал столь же блестящим умом,  что
и его придуманный герой-детектив, иначе он никогда не  написал  бы  свои
рассказы. Однажды Конан Дойлу пришлось применить свои способности и зна-
менитый дедуктивный метод в связи с необычным преступлением, совершенным
в реальной жизни.

   Более века прошло с той поры, как талантливое перо Артура Конан Дойла
подарило миру Шерлока Холмса, борца с преступностью и скрипача-виртуоза.
И в наши дни этот литературный герой остается образцом  величайшего  де-
тективного ума.
   Его потрясающее аналитическое мышление, основанное на дедуктивном ме-
тоде, его наметанный, всевидящий глаз надежно помогали  в  увлекательных
приключениях, пережитых им вместе с верным компаньоном  доктором  Ватсо-
ном. Ни один из его последователей: будь то Пуаро, Мегрэ или Эллери Куин
- не смог с ним сравниться.
   Почти сразу же после появления Шерлока Холмса на свет общество  стало
отождествлять автора с его героем. Со всех концов планеты к Конан  Дойлу
шли письма с просьбами о помощи.  Сэр  Артур  редко  откликался  на  эти
письма. Однако в нескольких случаях, когда великий писатель был убежден,
что правосудие потерпело поражение, он сам занимался расследованием.
   Один из таких случаев - дело Джорджа Идальджи, сына  викария,  индуса
по происхождению. Джорджа обвинили в нанесении жестоких увечий  домашним
животным в его деревне Грейт-Уирли, графство Стаффордшир. И хотя это был
человек безупречного поведения, дипломированный юрист, полиция по  расо-
вым мотивам все же добилась его осуждения. Идальджи был приговорен к се-
ми годам каторжных работ.
   К сожалению, сэр Артур узнал о несчастье,  постигшем  этого  молодого
человека, лишь через три года, в 1906 году. Но  буквально  за  несколько
недель  ему  удалось  собрать  достаточно   доказательств   невиновности
Идальджи. Результаты своего расследования он опубликовал в газете "Дейли
телеграф".
   Статья имела потрясающий эффект. Власти создали комиссию для рассмот-
рения выводов Конан Дойла.
   В конце концов Джордж Идальджи был освобожден.
   "Он пришел на прием по случаю моего бракосочетания, - писал сэр Артур.
- И не было гостя более желанного".


   Дело Оскара Слейтера

   А вскоре сэру Артуру пришлось сделать и второе исключение.  Произошла
цепь событий, рассказ о которых Ватсон мог бы назвать "Дело  о  неблаго-
дарной свинье".
   Как и в большинстве рассказов о Шерлоке Холмсе, в истории этой  пере-
мешались и необычность ситуации, и фантастические мотивы, и убийство.  А
закончилась она тем, что в результате расследования Конан Дойла невинов-
ный человек, Оскар Слейтер, несправедливо приговоренный сначала к смерт-
ной казни, а затем к пожизненному заключению, вышел на свободу.
   История эта началась 21 декабря 1908 года, ровно  за  четыре  дня  до
Рождества, с жестокого убийства мисс Марион Гилчрист.  Старая  дева-зат-
ворница была найдена мертвой в свой квартире в Глазго.
   Поначалу Конан Дойл не хотел вмешиваться в это дело. Но, как он потом
объяснил в автобиографии, "когда я ознакомился с фактами, я  понял,  что
этот несчастный человек имеет такое же отношение к убийству, как и я".
   Мисс Гилчрист, которой было восемьдесят два года, казалось бы,  никак
не подходила на роль жертвы преступления. Она была  настоящей  отшельни-
цей; единственным каналом ее связи с внешним миром была  служанка  Хелен
Ламби, двадцати одного года. В тот роковой день  Хелен  вышла  из  дома,
чтобы купить вечернюю газету. Она отсутствовала менее десяти минут.
   Мисс Гилчрист, которая давно болела и не выносила  шума  и  суеты  за
стенами дома, убедилась, что  двойная  входная  дверь  надежно  заперта.
Из-за болезни и преклонного возраста женщина,  для  того  чтобы  открыть
дверь, пользовалась специальным приспособлением  -  длинной  проволокой,
идущей от запора на двери в ее квартиру на втором этаже.
   Вернувшись с газетой, Хелен увидела у двери мисс Гилчрист взволнован-
ного молодого человека по имени Артур Адаме, жильца нижней квартиры.  Он
объяснил, что услышал какой-то шум в квартире соседки,  а  затем  глухой
удар. Позвав мисс Гилчрист и не дождавшись ответа,  Адаме  поднялся  на-
верх.
   Хелен открыла дверь своим ключом. В тот момент, когда они  собирались
войти, из внутренних комнат показался незнакомый мужчина. Он приближался
с таким видом, будто хотел что-то сказать, но неожиданно оттолкнул Хелен
и Адамса и убежал.
   Ошарашенные поведением странного незнакомца, служанка и молодой сосед
осторожно вошли в квартиру и в ужасе отпрянули. Мисс Гидчрист  лежала  в
гостиной перед камином, прикрытая ковром.  Голова  ее  была  безжалостно
разбита.
   Коллекция драгоценностей мисс Гилчрист, оцененная более чем в три ты-
сячи фунтов стерлингов, оказалась почти нетронутой. Пропала лишь брилли-
антовая брошь в форме полумесяца стоимостью примерно  пятьдесят  фунтов.
Зато ящик с бумагами был открыт, его содержимое разбросано вокруг, будто
что-то торопливо искали.
   Хотя Адаме и Хелен видели незнакомца почти вплотную, их описание  его
внешности совпало не во всем. Однако позже выяснилось, что  ни  одно  из
этих описаний не подходит к Оскару Слейтеру.
   Адаме помчался за полицией, а Хелен заторопилась в дом миссис  Марга-
рет Биррелл, племянницы мисс Гилчрист. Там служанка выпалила, что узнала
убийцу. Странно, но миссис Биррелл почему-то отругала ее.


   Вопреки фактам

   Весть о жестоком убийстве вызвала у англичан взрыв негодования. Поли-
ция оказалась под сильным давлением общественности, требующей  немедлен-
ного ареста преступника. А у детективов была единственная версия - убий-
цей является Слейтер. Тот самый Оскар Слейтер, еврей, родившийся в  Гер-
мании, который отдал в залог бриллиантовую брошь,  по  стоимости  равную
похищенной, перед тем как отправиться в  Америку  на  океанском  лайнере
вместе с любовницей-француженкой.
   Предупредили полицию Нью-Йорка, и Слейтер был немедленно арестован  и
доставлен обратно в Глазго. Здесь, однако, быстро выяснилось, что брошь,
которую Слейтер заложил, не только принадлежала ему многие  годы,  но  и
была отдана в залог за три недели до убийства!
   Тем не менее и полиция, и общественность  умудрились  проигнорировать
это обстоятельство. Они жаждали крови, а Слейтер,  чей  моральный  облик
явно не подходил под высшие стандарты, был единственным подозреваемым.
   Среди вещей Слейтера полиция нашла ящик со слесарными  инструментами.
Тут же появилась версия, что для убийства старой девы он использовал мо-
лоток. И все это при том, что у Слейтера было алиби, которое могли подт-
вердить и его любовница, и его служанка. Однако алиби  было  отвергнуто.
Более того, даже описание убийцы полиция постаралась подогнать под внеш-
ность единственного подозреваемого.
   Вот так в результате грубейшей ошибки  британского  правосудия  Оскар
Слейтер был приговорен к смертной казни. Позже, за два дня до  того  как
отправить его на виселицу, этот приговор заменили на пожизненное  заклю-
чение.


   В борьбу вступает Конан Дойл

   Так бы и просидел Слейтер до конца своих дней за  тюремной  решеткой,
если бы в дело не вмешался возмущенный Конан Дойл. После  расследования,
которое сделало бы честь самому Шерлоку Холмсу, сэр Артур изложил причи-
ны, по которым Слейтер никак не мог быть убийцей, в  блестящем  памфлете
под заголовком "Дело Оскара Слейтера".
   "Беда расследований, которые ведет полиция, - писал Конан Дойл, -  зак-
лючается в том, что, арестовав какого-либо человека и уверовав в его ви-
новность, полицейские с неохотой занимаются версиями, которые могут при-
вести к другим выводам".
   Прежде всего автор памфлета не оставил камня на камне от версии,  оп-
ределявшей мотив убийства мисс Гилчрист.
   "Когда убийца добрался до спальни и  зажег  газовую  горелку,  то  не
схватил сразу же часы и кольца, лежавшие открыто на столике. Не взял  он
и золотую монету в полсоверена, валявшуюся на столе в гостиной. Все  его
внимание было направлено на деревянный ящик, крышку которого он  сорвал.
Бумаги из этого ящика оказались разбросанными по полу. Так  не  были  ли
именно бумаги его истинной целью, а последовавшая затем кража броши нуж-
на была лишь для отвода глаз?
   Если это действительно было ограбление, весьма  поучительно  было  бы
отметить знание грабителем места, где лежали драгоценности, и их  истин-
ной стоимости. Почему он направился прямиком  в  спальню,  где  действи-
тельно хранились драгоценности?
   Тот же самый вопрос мы имеем право задать, если выдвинем  предположе-
ние, что он пришел за бумагами. Не правда ли, это заставляет задуматься.
Разве не логично предположить, что грабитель был уже знаком с расположе-
нием квартиры и привычками ее хозяйки?"
   Но, как проницательно заметил Конан Дойл, непрошеный гость знал дале-
ко не все. "Если он искал драгоценности, то, зная, в какой  комнате  они
находятся, не знал, в какой именно части комнаты", писал сэр Артур.
   Более того, он предположил:
   "Как мог убийца  попасть  в  квартиру,  если  Ламби  не  ошибается  и
действительно заперла дверь?
   Я не могу избавиться от мысли, что у него был дубликат ключа. В таком
случае все становится на свои места: старая леди, которая  находилась  в
здравом уме, слышала, как открывается запор, но восприняла это спокойно,
решив, что Ламби вернулась раньше времени. Таким образом, она почувство-
вала опасность лишь тогда, когда убийца ворвался  в  комнату,  и  успела
лишь подняться. После первого же удара она упала рядом с креслом, в  ко-
тором сидела. Там ее и нашли".
   Другие допустимые варианты, утверждал Конан Дойл, заключаются в  том,
что убийца либо уже прятался в квартире, когда Ламби  ушла  (но  никаких
свидетельств тому нет), либо убийцей был кто-то, кого мисс Гилчрист  хо-
рошо знала и потому открыла дверь.
   Далее сэр Артур обратился к тем деталям, которые касались места  про-
исшествия. И здесь его взгляд был столь же проницательным, что и  взгляд
Шерлока Холмса. В частности, он точно подметил, что на деревянном  ящике
не было обнаружено никаких следов крови, несмотря на  жестокий  характер
убийства. Сэр Артур писал по этому поводу:
   "Никто даже не попытался объяснить, почему убитая женщина была накры-
та ковром. Во всяком случае, вполне возможно, что он  (то  есть  убийца)
использовал ковер как щит между собой и жертвой, которую он избивал. Та-
ким образом, его одежда, а может быть, и руки были прикрыты".


   Неблагодарность

   Несмотря на убедительную логику выводов, на острый упрека адрес адво-
ката, памфлет желаемого  результата  не  принес,  добиться  освобождения
Слейтера сразу не удалось.
   Но Конан Дойл не сдался и начал настойчивую кампанию в прессе. В кон-
це концов было назначено официальное правительственное расследование. Но
и из этого тоже ничего не вышло.
   Слейтер продолжал томиться в заключении.
   Только в ноябре 1927 года, через  восемнадцать  лет  после  осуждения
Слейтера, настойчивые усилия Конан Дойла принесли плоды.
   Слейтера освободили до повторного суда. В июле следующего года он был
помилован (реабилитирован он так и не был)  и  получил  6  тысяч  фунтов
стерлингов в качестве компенсации.
   Но если сэр Артур надеялся встретить в лице Слейтера благодарного че-
ловека, он жестоко ошибся.
   Невероятно, но Слейтер даже отказался вернуть писателю деньги,  кото-
рые тот внес в качестве залога, чтобы его выпустили до повторного суда.
   "Он  не  убийца, -  сказал  сэр  Артур  репортеру, -  но  неблагодарная
свинья".


   Тайна личных бумаг

   Ключевой вопрос, конечно же, так и остался без ответа.
   По сей день имя убийцы мисс Гилчрист представляет собой  тайну,  нав-
сегда затерянную в прошлом.
   Хелен Ламби как в рот воды набрала и ни словом больше не  обмолвилась
о том, кого, как она говорила ранее, узнала  в  выбежавшем  из  квартиры
мужчине.
   Многие были убеждены, что убийца - известный в городе человек, с  ко-
торым полиция не хочет связываться.
   Сэр Артур тоже был уверен, что дело именно в этом. Хотя писатель пуб-
лично никогда не высказывал своих подозрений, незадолго до своей кончины
он заявил, что знает, кто на самом деле был убийцей: "Полиция прикрывала
этого человека, поскольку он был известным  горожанином,  который  поче-
му-то очень хотел добраться до личных бумаг  мисс  Марион  Гилчрист.  Он
ушел от наказания, но для меня гораздо важнее, что невиновный на  свобо-
де".
   Так и не было установлено, какую тайну хранили эти личные бумаги.  Но
ясно одно: в них содержалось  нечто  такое,  что  толкнуло  человека  на
убийство беспомощной старой женщины.


   Д.Б. КУПЕР: На грани фантастики

   Террористы - угонщики самолетов -  объект  постоянной  головной  боли
правительств цивилизованных государств и причина страха  экипажей  авиа-
лайнеров и их пассажиров. Каким же образом неизвестный американец  сумел
захватить самолет, получить за него выкуп и исчезнуть, оставшись  леген-
дарным героем в памяти людей?

   Немногим угонщикам самолетов удается стать  героями.  Но  именно  это
произошло с Д.Б. Купером - одним из  наиболее  таинственных американских
преступников, который получил выкуп за пассажирский  самолет  в  размере
200 тысяч долларов наличными и за одну ночь стал народным героем!
   Обожаемый миллионами людей, которые по сей день продолжают восхвалять
его, Купер, тем не менее, угрожал отправить на небеса более 150 ни в чем
не повинных мужчин, женщин и детей, если  власти  не  явятся  к  нему  с
деньгами.
   Но отчаянная смелость преступника и тот факт, что в конце концов ник-
то при этом не пострадал, привлекли внимание всей Америки  и  превратили
таинственного маленького человека в современного Робин Гуда.
   Действительно, это было фантастически исполненное преступление. И  по
сей день, через двадцать с лишним лет, никто так и не знает, что же про-
изошло с преступником. Погиб ли он  после  своего  отчаянного  прыжка  в
ночь? Умер ли от неизлечимой болезни? Или до сих пор  жив  и  пользуется
своей преступной добычей?
   Никто не знает, как закончилась эта необычная история, но очень  мно-
гие знают, как она начиналась 24 ноября 1971 года в аэропорту Портленда,
штат Орегон.
   Сотни пассажиров толпились у выходов на  посадку,  стремись  поскорее
попасть домой или к друзьям, чтобы вместе отметить национальный праздник
Америки. И ни один из них не обратил внимания на  спокойного  невысокого
парня с брезентовой сумкой. Среди толкотни и праздничной суеты  он  дер-
жался подчеркнуто невозмутимо, спрятав глаза за темными очками.
   Прошел час, пока 150 пассажиров рейса на Сиэтл наконец пригласили  на
посадку.


   Короткая записка

   Д.Б. Купер - это имя человек назвал, покупая билет, - встал с кресла  в
зале  ожидания  и  направился  к  ожидавшему  пассажиров   "Боингу-727".
Единственным багажом, который он взял с собой, была все та же  брезенто-
вая сумка. Войдя в самолет, Купер сел так, что кресло стюардессы,  кото-
рое она занимает при взлете и посадке, оказалось напротив.
   В следующие двадцать пять минут, пока самолет пробивался сквозь обла-
ка к Сиэтлу, этот человек продолжал изображать обычного пассажира. А по-
том, примерно на середине 400-мильного маршрута, нажал кнопку над  своим
креслом и вызвал стюардессу.
   Тина Маклоу, услышав сигнал, решила, что  пассажиру  захотелось  пить
или ему понадобилось одеяло.
   К ее ужасу, мужчина вручил ей короткую, но  не  оставляющую  сомнений
записку: "У меня с собой бомба. Если я не  получу  200  тысяч  долларов,
разнесу всех на куски".
   Ошеломленная Маклоу раз за разом перечитывала записку. Не отрывая  от
девушки взгляда, Купер приоткрыл сумку как раз настолько, чтобы она убе-
дилась: это не дурная шутка и не блеф. Девушка отчетливо увидела  внутри
сумки прямоугольные плитки динамита, провода и детонатор. Потом  мужчина
закрыл сумку и проводил взглядом стюардессу, которая изо всех сил стара-
лась идти спокойно.
   Как только Маклоу передала угрожающее послание тихого пассажира  пот-
рясенному экипажу, пилот тут же связался с наземным контролем в Сиэтле и
сообщил о том, что происходит на борту. Уже через несколько минут группа
лучших агентов ФБР, полицейские снайперы и даже несколько  подразделений
национальной гвардии заняли свои места  в  ключевых  пунктах  аэропорта.
Власти были уверены, что предстоит долгая ночь переговоров.
   Всем участникам событий,  включая  Купера,  оставалось  лишь  одно  -
ждать. В ближайшие тридцать пять минут самолет должен был совершить  по-
садку в Сиэтле.


   Ожидание в Сиэтле

   Когда на подходе к Сиэтлу самолет начал  снижаться,  командир  сделал
краткое сообщение для пассажиров. Он предупредил, что высадка будет нес-
колько задержана. Причину объяснять не стал. И пассажиры восприняли  но-
вость с вполне понятным унынием.
   Пока соседи Купера по салону сердито рассуждали о  сорванных  деловых
встречах и омраченных праздничных обедах, он встал с  кресла  и,  крепко
прижимая к груди брезентовую сумку, прошел к кабине экипажа, где находи-
лись командир и два его помощника.
   "А сейчас, джентльмены, - спокойно сказал он, - попрошу сидеть спокойно
и не оглядываться".
   Следующие двадцать пять минут шли оживленные переговоры по радио. Ку-
пер объяснил сначала тем, кто находился на башне контроля за полетами, а
потом старшему полицейскому офицеру, что его требования таковы: 200  ты-
сяч долларов в подержанных купюрах и четыре парашюта в обмен на освобож-
дение всех заложников.
   Власти поняли, что выхода нет. Они не имели права рисковать жизнью ни
в чем не повинных людей, которые могли погибнуть от взрыва при вооружен-
ной попытке освобождения.
   Конечно, неохотно, но они все же  отправили  к  захваченному  лайнеру
двух агентов ФБР. Одетые в форму работников  аэродромного  обслуживания,
они вкатили на борт самолета тележку,  на  которой  красовался  мешок  с
пломбой. Раскрыв его, Купер возликовал: внутри лежали деньги и парашюты.
   Угонщик сдержал слово и позволил всем пассажирам покинуть самолет Не-
вероятно, но факт: только оказавшись в главном зале ожидания  аэропорта,
встреченные толпой репортеров пассажиры узнали, что были заложниками при
захвате самолета преступником.


   Под угрозой взрыва

   Пока освобожденные пассажиры, узнав ошеломляющую новость, приходили в
себя сначала от удивления, а потом и от шока, Купер готовился приступить
к осуществлению второго этапа своего тщательно продуманного плана.
   Экипаж лайнера под угрозой взрыва бомбы оставался  на  своих  местах.
Купер потребовал, чтобы самолет дозаправили и выдали летчикам все  необ-
ходимые данные для полета в Мексику.
   Во время переговоров с наземными службами аэропорта и пилотами  Купер
проявил такое знание деталей воздушного сообщения и технических  возмож-
ностей самолета, что представители  правоохранительных  органов  поняли,
что имеют дело с хорошо подготовленным, умным и  расчетливым  преступни-
ком.
   Как только его требования были  выполнены,  Купер  приказал  капитану
Биллу Скотту поднять самолет в ночное небо. К хвосту "боинга"  сразу  же
пристроился реактивный истребитель ВВС США.
   Но угонщик, человек осторожный и сообразительный, судя по его поведе-
нию, заранее просчитал все варианты действий властей.
   Вскоре после того как самолет набрал высоту, Купер приказал  капитану
Скотту взять курс на юг. При этом он проявил отличное знание  не  только
летного дела, но и сложных вопросов аэродинамики.
   "Летите с опущенными на пятнадцать процентов закрылками, - сказал Ку-
пер. Шасси пусть остаются выпущенными. Скорость - чуть  меньше  девяноста
метров в секунду. Откройте заднюю дверь и не поднимайтесь выше двух  ты-
сяч метров".
   Капитан Скотт, пораженный столь точными инструкциями (ему тоже  стало
ясно, что угонщик - не обычный преступник), быстро просчитал ситуацию  и
сообщил Куперу, что при таком режиме полета у них может скоро  кончиться
горючее. Купер спокойно ответил, что капитан может приземлиться в  Рино,
штат Невада.
   Выходя из кабины пилотов, угонщик приказал экипажу замкнуть  стальную
дверь, отделяющую кабину от остальной част "боинга", до самого конца по-
лета и привести в действие систему, открывающую заднюю  дверь  самолета,
как только он выйдет из кабины. Капитан подчинился, и салон  "боинга"  в
мгновение ока заполнил поток холодного разреженного воздуха.
   Следующие четыре часа Скотт и его товарищи летели навстречу неизвест-
ности, в точности выполняя данные Купером инструкции. И лишь после  того
как они благополучно приземлились в Рино, выяснилось, что их  единствен-
ный пассажир буквально растаял в ночи.
   Позже тщательное изучение показаний приборов "черного ящика" позволи-
ло установить чуть заметный, но несомненно  ощутимый  мгновенный  подъем
самолета в 8 часов 15 минут утра - через тридцать две минуты после взле-
та в Сиэтле. Под покровом темноты и облаков, которые скрыли его от  соп-
ровождающего "боинг" истребителя, Купер спрыгнул с самолета, крепко при-
вязав к поясу свою преступную добычу.
   На первый взгляд это преступление с точки зрения его исполнения каза-
лось безупречным. Еще бы! Купер не только успешно скрылся,  но  и  обвел
при этом вокруг пальца полицию, ФБР и ВВС  Соединенных  Штатов,  которые
вместе противостояли ему!
   И тем не менее данные "черного ящика" показали, что он  все-таки  со-
вершил ошибку - единственную, но очень серьезную. В тот момент, когда Ку-
пер покидал самолет, "боинг" летел над юго-западной частью штата Вашинг-
тон. Это пересеченная местность, заросшая густым лесом.
   Кроме того, за бортом самолета температура воздуха  была  ниже  нуля.
Легкий костюм и плащ - слабая защита от холода. Таким образом, шансы Ку-
пера выжить после прыжка представлялись ничтожными. Преобладало мнение о
том, что преступник должен был неминуемо погибнуть.
   Район возможного приземления Купера был  настолько  неприветлив,  что
группы наземного поиска то и дело попадали в непроходимые болота. В этих
условиях власти были вынуждены организовать поиск с воздуха. Так продол-
жалось две недели подряд. Но самолеты, снабженные  чувствительными  сен-
сорными датчиками, никого не смогли обнаружить.
   Газеты начали писать о том, что террорист объявится где-нибудь вновь.
Словно в ответ на эти предположения через три недели после угона самоле-
та в редакцию газеты "Лос-Анджелес тайме" пришло загадочное письмо.
   "Я вовсе не современный Робин Гуд, говорилось в нем.  - К  несчастью,
мне осталось жить лишь четырнадцать месяцев. Угон самолета был для  меня
самым быстрым и выгодным способом обеспечить последние дни своей  жизни.
Я ограбил авиакомпанию не потому, что считал такой шаг романтическим или
героическим. Ради подобных глупостей я никогда не пошел бы на такой  ог-
ромный риск. Я не осуждаю людей, которые ненавидят меня за сделанное, не
осуждаю и тех, кто хотел бы видеть меня пойманным и наказанным, тем  бо-
лее что этого никогда не произойдет. С самого начала я знал, что меня не
поймают. Со дня того происшествия я уже несколько раз летал на различных
маршрутах. Я не собираюсь забиваться в нору где-нибудь в  старом,  зате-
рянном в лесной глуши городишке. И не подумайте, что я психопат: за  всю
свою жизнь я не получил даже штрафа за неправильную парковку".


   Сенсация или фальсификация?

   Письмо вызвало сенсацию. Купер не считал  себя  героем,  но  общество
сочло иначе.
   В редакции газет и на радио хлынул поток писем, авторы которых восхи-
щались его ловкой проделкой.
   Майки с именем террориста на груда мгновенно стали такими же модными,
как прежде одежда с надписью "Мир и любовь".
   Сотни молодых женщин готовы были назвать себя его невестами, конечно,
если бы он объявился.
   Но Купером были очарованы далеко не все. ФБР составило весьма  убеди-
тельный психологический портрет преступника, однако решило не  предавать
его гласности, чтобы не подливать масла в огонь общественного мнения.
   Было немало и тех, кто сомневался, что именно Купер написал письмо  в
редакцию газеты.
   Многие жители того района, над которым Купер выпрыгнул  из  самолета,
прежде всего лесорубы, открыто говорили, что письмо -  проделка  ловкого
жулика. Они были убеждены, что Купер погиб либо во  время  прыжка,  либо
чуть позже, и продолжали в глухой местности настойчивые поиски  получен-
ных преступником денег. Тем же занимались по выходным дням сотни любите-
лей приключений, которые отправлялись за  "добычей  Купера",  хотя  этих
скорее привлекали нехоженые тропы, чем серьезный поиск сокровищ.
   В то время как искатели - и люди подготовленные, и любители -  навод-
нили район, где должен был приземлиться Купер, власти продолжали попытки
обнаружить с воздуха хоть какие-нибудь следы угонщика-призрака  или  его
добычи. Кстати, официальные лица тоже сомневались в подлинности письма в
"Лос-Анджелес тайме" и были уверены, что Купер погиб после своего знаме-
нитого прыжка.
   Но все поиски окончились неудачей.
   Через год после угона самолета ФБР заявило в печати,  что  уверено  в
смерти преступника.
   А еще через четыре года, 24 ноября 1976 года, дело Купера было офици-
ально закрыто.
   С этого времени, если, конечно, допустить, что  Купер  все-таки  жив,
ему формально могли предъявить лишь обвинение в уклонении от уплаты нало-
гов.
   После этого многие решили, что услышали имя Купера в последний раз. И
они оказались правы... на несколько лет.
   Но в 1979 году охотник, преследовавший оленя,  наткнулся  в  лесу  на
тронутую ржавчиной табличку с надписью: "Люк во время полета должен быть
плотно закрыт". Это оказалась предупредительная табличка с задней  двери
злополучного "Боинга-727". Новость вызвала такой ажиотаж, что тысячи ис-
кателей кладов вновь кинулись в глухие леса, где она была обнаружена.


   Добыча Купера

   Однако, несмотря на отчаянные усилия  искателей  сокровищ,  пропавшая
добыча долго оставалась ненайденной. И вот в 1980 году, ровно через  де-
вять лет после того, как Купер выкинул свой номер, отец и сын Гарольд  и
Брайан Ингрэмы шагали по грязному берегу Колумбия-ривер, к северо-западу
от Портленда. Вдруг восьмилетний мальчик заметил пачку старых, выцветших
на солнце двадцатидолларовых купюр. Когда их собрали, всего оказалось  6
тысяч долларов.
   Представители властей пришли к выводу, что купюры эти принесены тече-
нием сверху, с севера. Эксперты сверили их серийные номера с номерами на
банкнотах, которые в свое время были выданы террористу. Никаких сомнений
не осталось - найденные деньги оказались частью "добычи Купера".
   Для многих эта находка стала доказательством того, что Купер действи-
тельно погиб во время прыжка с парашютом.
   Случайная находка Ингрэмов послужила искрой для очередного взрыва ин-
тереса к деньгам Купера со стороны как местных жителей, так и  приезжих,
которые вновь потянулись в этот район в надежде разбогатеть в одночасье.
   И вновь их надеждам не суждено было сбыться. Больше никто никаких де-
нег не нашел.
   Однако в 1989 году один водолаз-любитель в поисках следов "добычи Ку-
пера" нашел в реке, примерно на милю выше того места, где Ингрэмы  обна-
ружили деньги, маленький парашют.
   К великому разочарованию тех, кто взволновался в связи с этой  наход-
кой (несмотря на то, что прошло много  лет,  искателей  удачи  не  стало
меньше), было установлено, что парашют этот никакого отношения к  Куперу
не имеет.
   Эрл Коссей, человек, который в свое время укладывал  парашюты,  пред-
назначенные для Купера, заявил, что найденный нельзя даже  сравнивать  с
теми, что получил угонщик самолета. Скорее всего, сказал Коссей, найден-
ный парашют применялся при пуске осветительной ракеты. А может быть, это
вообще детская игрушка.
   Водолаза, который нашел парашют, нанял калифорнийский  юрист,  бывший
агент ФБР Ричард Тосо. Вот уже десять лет каждый последний четверг нояб-
ря - День благодарения он проводил в поисках следов Купера.
   Тосо, написавший книгу под названием "Д.Б. Купер, мертвый или живой",
утверждает, что угонщик самолета утонул и его останки непременно  должны
были застрять между свай, которые вбиты в дно реки через каждые  полмили
на случай наводнения.
   "Купер понятия не имел, где находится, когда выбрасывался  с  парашю-
том, - пишет Тосо. - Он упал в воду спиной с пачками денег, привязанными к
поясу, и пошел ко дну. Он и сейчас  где-то  там,  на  дне.  И  остальные
деньги тоже там, зацепившиеся за острый камень или занесенные илом".
   Несмотря на ежегодно предпринимаемые поиски, Ричард Тосо, как и сотни
других искателей кладов, так ничего и не нашел. Но отказываться от своей
затеи не намерен.
   Выжил ли Д.Б. Купер, куда девались остальные деньги - все это и сегод-
ня остается такой же загадкой, как много лет назад.
   И похоже, она не будет разгадана никогда.


   ПРОКАЗЫ БОГАЧЕЙ: Кто убил лорда Эрролла?

   Кокаин, шампанское и разврат были в  сороковых  годах  отличительными
чертами жизни богатого и беспечного городка Хэппи-Валли,  расположенного
в Кении. Тут оказалась благодатная почва для преступления,  совершенного
обманутым мужем, который вдруг осознал, что его мир рушится.

   Группа богатых людей нашла благодатное для себя место в той части Аф-
рики, которая была британской колонией. В то время, когда шла вторая ми-
ровая война, когда их соотечественники дома  терпели  лишения,  получали
скудные пайки и жалкие пособия, "золотая верхушка" Хэппи-Валли  купалась
в роскоши.
   Пьяные, развращенные, нанюхавшиеся кокаина белые  жители  Хэппи-Валли
не интересовались сотрясающими мир конфликтами, во всяком случае, до тех
пор, пока не возникла угроза их беспечной жизни.
   Первые белые поселенцы обосновались неподалеку от столицы Кении  Най-
роби. Их привлекла не только чудесная природа, но и отличная земля, даю-
щая кофе и табак высшего качества.  Возможно,  в  викторианские  времена
здесь и впрямь царил дух первопроходцев, но он полностью  выветрился  во
время второй мировой войны, когда среди  живописных  африканских  холмов
осели многочисленные эмигранты. "Маленькая Англия" стала островком  лени
и праздности. Всякая мысль о трагедии, которую переживал остальной  мир,
бездельникам из "Матаига кантри клаб" была чужда.
   И не было более подходящей  для  столь  бессмысленного  существования
личности, чем Джосслин Хей, волокита и  жулик.  Полностью  Хея  величали
графом Эрроллом и Верховным констеблем Шотландии. Но он предпочел  поки-
нуть шотландские холмы ради здешних, кенийских. Изгнанный из Итона, про-
шедший через английский суд по делу о разводе, где судья  заклеймил  его
как "откровенного мерзавца", Хей сумел-таки во время войны получить теп-
ленькое местечко британского военного атташе в Найроби. Когда он отправ-
лялся из Англии в Кению, один из его приятелей прокомментировал это  со-
бытие так: "Там не так уж много шансов попасть под бомбежку,  не  правда
ли?"
   Вполне возможно, что Джосслин Хей, ничем не утруждая  себя,  благопо-
лучно пересидел бы в Кении войну, но... Так случилось, что он был  убит,
причем несомненной причиной его смерти стало донжуанство. Имя его убийцы
так и осталось тайной, хотя многие до сих пор указывают на Генри Делвеса
Бротона.
   Сэр Генри был полной противоположностью Джосслину Хею. Аристократ  по
крови в отличие от Хея, он знал, что такое честь и достоинство.  Правда,
Генри Бротон слишком много пил. Его  супруга  Диана  представляла  собой
подлинную английскую красавицу. Она была на тридцать лет моложе мужа.
   Сэр Генри, которого друзья называли Джок, в Англии потерпел  финансо-
вую катастрофу - результат отсутствия деловых способностей и  безрассуд-
ной игры на скачках. Фамильные дома в Англии пришлось отдать  в  заклад.
Кению он рассматривал как последний шанс поправить дела, занявшись  раз-
ведением скота.
   Но у Джока оставалось еще достаточно денег, чтобы наслаждаться безмя-
тежной жизнью в Хэппи-Валли. Он также был уверен, что такой образ  жизни
понравится его молодой жене.
   Буквально через несколько недель после приезда в Африку Джосслин  Хей
познакомился с Дианой. Произошло это 30  ноября  1940  года  в  "Матаига
кантри клаб".
   "Никогда прежде я не встречал женщину, которая бы так поразила меня с
первого взгляда. Я заметил, как ее глаза впились в меня,  и  понял,  что
она должна быть моею, - рассказывал он позже друзьям. Пока Джок был в ба-
ре, я подошел к ней и прямо спросил: "Ну, кто скажет Джоку - вы или я?"
   Диана была потрясена его чувственностью. Вскоре начался бурный роман.


   Ничтожный рогоносец

   Говорили, что Хей получал не  меньшее  удовольствие  от  мучений  му-
жей-рогоносцев, чем от своих постельных побед над их  женами.  Диана  не
стала исключением.
   Вскоре после их знакомства Хей начал открыто хвастаться своим романом
с Дианой перед многочисленными друзьями, среда которых, конечно же,  был
и Джок. Хей постоянно танцевал с Дианой, причем их  объятия  на  публике
были столь тесными и долгими, что ошибиться в характере их отношений бы-
ло невозможно.
   "Бедный Джок", - перешептывались друзья обманутого супруга, у  которых
еще оставались какие-то представления о морали.  Но  добродушный  старик
нес свой крест с гордым британским стоицизмом.
   В январе 1941 года ему передали в клубе письмо, в котором говорилось:
"Вчера вечером вы выглядели как кот на горячих кирпичах. Как насчет веч-
ного треугольника? Что вы намерены делать в связи с  этим?"  Через  нес-
колько дней, когда Диана уехала, сказав, что отправляется на "девичник",
Джок получил еще одну записку. В ней сообщалось, что  никаких  "девушек"
там, куда поехала его жена, нети в помине. Только Джосслин  Хей.  А  еще
через несколько часов Джок узнал последнюю  новость.  Вернувшись  домой,
Диана объявила мужу, что уходит от него.
   Отчаянию Джока не было предела. Он заявил жене, что готов терпеть  ее
любовную связь, если она останется жить с ним. И  тут  же  предложил  ей
трехмесячную поездку на Цейлон.
   Диана это предложение отклонила. А через  пару  дней  ушла  из  дома,
прихватив с собой украшения из жемчуга ценой в 5 тысяч  фунтов  стерлин-
гов, которые Джок предложил ей в качестве платы за то, чтобы  она  оста-
лась.
   Какую душевную травму перенес Джок, можно только догадываться.  Прис-
луга, которая подавала ему в тот вечер обед, рассказывала, что он выгля-
дел задумчивым. Возможно, в тот момент Джок обдумывал следующее действие
трагедии. Оно разыгралось днем позже.
   21 января Джок позвонил в местную полицию и сообщил, что два  принад-
лежащих ему револьвера "Смит и  Вессон"  украдены  грабителями,  которые
забрались в его кабинет. Заявив о пропаже, он в тот же день посетил  ад-
воката, чтобы обсудить с ним детали будущего развода, а  затем,  вернув-
шись домой, написал до боли откровенное письмо своему  другу  в  Англии.
Сэр Генри признавался:
   "Положение безнадежное... Полагаю, что мне нужно уехать на Цейлон.  В
Кении мне делать больше нечего".
   Это было горькое, но правдивое признание. Дело в том, что потеря жены
была не единственной утратой Джока в Кении. Его затея  со  скотоводством
тоже рухнула. Всего за несколько месяцев он потерял на этом почти 10 ты-
сяч фунтов стерлингов.
   Близкие друзья Джока старались его утешить, как  могли.  Когда  Диана
перебралась в дом Хея, миссис Джун Карберри, которая откровенно презира-
ла молодую жену Джока, пригласила его к себе на чашку чая, чтобы  как-то
ободрить и поддержать. К несчастью, в последний момент в той же компании
появились Диана и Хей. Джок продемонстрировал высочайшую степень  воспи-
танности. Он даже расспрашивал Хея о последних новостях с  полей  сраже-
ний. "Чашка чая", как обычно, закончилась потреблением более крепких на-
питков в "Матаига кантри клаб". Во время попойки  Джок  поднял  бокал  с
шампанским и произнес тост за жену и ее любовника. Он сказал:  "Я  желаю
им всяческого счастья. Пусть этот союз подарит им наследника. За Диану и
Джосса!"
   Менее чем через три часа после этого Хей был уже мертв. Его  нашли  в
лежащей на боку машине на шоссе Найроби - Нгонг с тремя аккуратными  пу-
левыми отверстиями в голове.


   Главный подозреваемый

   Когда полиция впоследствии по минутам выясняла, как происходили собы-
тия этой ночи, стало известно, что Джок лестью и  уговорами  добился  от
Дианы обещания провести эту последнюю ночь под крышей своего дома.
   Выяснилось, что пьяный Джок добрался до своей постели в два часа  но-
чи. В два пятнадцать через железные ворота его дома въехал  американский
"бьюик" Хея, из которого вышла Диана. Машина тотчас уехала.
   Через две с половиной мили от дома Джока "бьюик" врезался в кучу гра-
вия рядом с шоссе.
   В три часа ночи двое дорожных рабочих обнаружили труп Хея. Еще  через
два часа полиция разбудила Джока и сообщила эту новость.
   Конечно же, Джок оказался главным подозреваемым. У него были и  мотив
для убийства, и средства для его осуществления.
   На следующий день детективы нашли возле его  дома  стреляные  гильзы,
точно такие же, как те, что оказались рядом с трупом убитого.
   Пока его жена спала, Джок отправился в город, чтобы взглянуть на труп
ее любовника.
   Во второй половине дня он сложил в кучу какие-то свои личные  вещи  и
бумаги и сжег их. Однако один из предметов уцелел и был обнаружен  через
два дня. Им оказался обгоревший носок с пятнами крови. Естественно,  по-
лиция пришла к выводу, что муж-рогоносец убил соперника, а потом пытался
уничтожить свою одежду, забрызганную кровью жертвы.
   Детективы из Найроби выдвинули такую версию. Вовсе  не  пьяный,  Джок
просто изобразил "накачавшегося", когда вернулся домой. Потом  незаметно
улизнул из дома и затаился на пустынном шоссе, поджидая Хея.
   Джосслина Хея похоронили 25 января.
   1941 года, но обвинение Джоку было предъявлено лишь 10 марта.  Наибо-
лее удивительным, однако, был тот факт, что Диана слетала в Южную Африку
и наняла в Йоханнесбурге для защиты своего мужа в суде известного  адво-
ката Гарри Морриса.


   Важное свидетельство

   Джок вел себя на судебном процессе  безупречно.  Журналисты  отмечали
несомненные симпатии к нему со стороны публики,  особенно  когда  Моррис
описал в подробностях развратный, пропитанный  кокаином  мир  обитателей
Хэппи-Валли.
   1 июля 1941 года Джок вышел из зала суда свободным. Важную роль  сыг-
рала такая деталь. Моррис отправил гильзы, найденные на месте  убийства,
на баллистическую экспертизу в Лондон. Английские  эксперты  установили,
что к револьверу "Смит и Вессон" гильзы эти никакого отношения не имеют.
   Джок остался на свободе, но жизнь его так и не наладилась.  Вместе  с
Дианой он отправился на Цейлон.
   На полпути Джоку стало плохо, он упал, повредил себе спину,  и  врачи
отправили его на встречном пароходе в Англию. Диана же путешествие  про-
должила, а потом вернулась в Кению.
   Джок, оставшись без средств к существованию, покончил жизнь самоубий-
ством в Ливерпуле в 1942 году.
   Одним из свидетелей на его судебном процессе была миссис Джун Карбер-
ри. Она показала, что тоже находилась в доме Джока в  ту  роковую  ночь,
когда произошло убийство. И поклялась, что он был  настолько  пьян,  что
тут же свалился в постель.
   Но вот недавно ее дочь Хуанита, которой сейчас шестьдесят  пять  лет,
сделала поразительное заявление: оказывается, Джок именно ей признался в
убийстве. Тогда она еще была школьницей. Хуанита утверждает: "Он сказал:
"Я ненавижу Хэппи-Валли и его обитателей". Я относилась к нему с большой
симпатией и не считаю, что он свихнулся или был  преступником  по
натуре... Я знаю, что это он убил Хея".
   Пожалуй,  единственным  человеком,  который  знал,  что  произошло  в
действительности, была Диана.
   Не случилось ли так, что в один прекрасный день она поняла, что  тоже
может оказаться отвергнутой Хеем, когда его привлечет другая женщина?
   Не случилось ли так, что это она забрала его жизнь, чтобы уберечь се-
бя от ужасного будущего?
   Может быть. Но Диана скончалась в 1987 году, и тайна тех далеких дней
умерла вместе с нею.


   ДЖЕК-ПОТРОШИТЕЛЬ: Чудовище Ист-Энда

   В 1888 году лондонский Ист-Энд стал свидетелем серии жестоких убийств
проституток. До наших дней эти преступления остались  нераскрытыми.  Был
ли  Джек-Потрошитель  маньяком-хирургом?  Или  приверженцем   ритуальных
убийств? А может быть, душевнобольным членом королевской семьи?..

   В конце XIX века Британская  империя  переживала  времена  наивысшего
расцвета. Владения ее были разбросаны по всему земному шару, их населяли
люди различных рас и вероисповеданий.
   Но в центре этой огромной империи было место, куда, как писали журна-
листы, никогда не заглядывало солнце.  Лондонский  Ист-Энд  был  позором
Британии и всего цивилизованного мира. Люди жили здесь в нищете  и  убо-
жестве. Детская смертность в этом районе британской столицы вдвое превы-
шала средний уровень по стране.  Проституция  и  беспробудное  пьянство,
сексуальное растление малолетних, убийства и мошенничество стали привыч-
ными чертами здешнего образа жизни.
   Все это оказалось хорошо унавоженной питательной средой  для  убийцы,
чья черная слава достигла наших дней. Улицы и  закоулки  Ист-Энда  стали
ареной его кровавых деяний.
   Преступления Джека-Потрошителя несравнимы, конечно, с теми  массовыми
ужасами, которые преподнес человечеству двадцатый век. Он убил, правда с
изуверской жестокостью, лишь пять женщин. Но в данном случае вопрос зак-
лючается в том, кем был преступник. Существуют серьезные подозрения, что
Джек-Потрошитель был представителем высших слоев  британского  общества.
Именно эти подозрения возбудили к "Чудовищу Ист-Энда" такой огромный об-
щественный интерес.


   Первая жертва

   Хотя Джек-Потрошитель и остался в истории преступности  как  отврати-
тельный убийца, его мрачная власть над Ист-Эндом  была  кратковременной.
Первый удар он нанес 31 августа 1888 года. В тот день была жестоко убита
Мэри-Энн Николс, проститутка, промышлявшая в районе Уайтчепела. Ее  труп
обнаружили в лабиринте темных улочек.
   Сорокадвухлетняя "Красотка Полли" была известна как запойная  пьяница
и завсегдатай всех местных забегаловок.
   С большой долей вероятности полиция предположила такой сценарий прес-
тупления. "Красотка Полли" обратилась к высокому прохожему с  обычным  в
таких случаях вопросом: "Ищете развлечений, мистер?" Скорее  всего,  она
запросила за свои услуги четыре пенса. Этой ничтожной суммы  хватало  на
то, чтобы заплатить за место в ночлежке и получить несколько глотков де-
шевого джина. Как только мужчина увлек ее в темное место, судьба прости-
тутки была решена. К ее горлу протянулась рука, а через пару секунд  оно
было разрезано от уха до уха.
   "Такое мог сделать только ненормальный! - воскликнул полицейский врач.
- Я никогда еще не встречал ничего подобного. Зарезать ее таким  образом
мог лишь человек, хорошо знающий, как управляться с ножом".
   Поскольку убийства в нищем и опасном районе  Ист-Энда  были  явлением
обычным, полиция не придала этому случаю особого значения. Но только  на
одну неделю.
   8 сентября "Смуглянка Энни" Чапмен, сорокасемилетняя проститутка, тя-
жело больная туберкулезом, была найдена зарезанной неподалеку  от  рынка
Спайтелфиод.
   И хотя не было никаких признаков  изнасилования,  характер  убийства,
как и в первом случае, указывал на то, что преступник резал  и  потрошил
жертву под влиянием сильнейшего сексуального возбуждения.
   Кроме того, расчленение тела "Смуглянки Энни"  (все  ее  внутренности
лежали рядом с трупом) говорило о знании убийцей анатомии или  хирургии.
Так что это был явно не обычный уголовник.


   Чудовище забавляется

   Второе  убийство  имело  неожиданное  продолжение.  28   сентября   в
агентство новостей на Флит-стрит пришло издевательское письмо. В нем го-
ворилось:
   "Со всех сторон до меня доходят слухи, что полиция  меня  поймала.  А
они до сих пор даже не вычислили меня. Я охочусь на женщин определенного
типа и не перестану их резать до тех пор, пока меня не повяжут.  Послед-
нее дело было великолепной работой. Леди не успела  даже  вскрикнуть.  Я
люблю такую работу и готов ее повторить. Скоро вы вновь узнаете обо  мне
по забавной проделке. Закончив последнее дело, я прихватил с собой  чер-
нила в бутылочке из-под имбирного лимонада, чтобы  написать  письмо,  но
они вскоре загустели как клей, и я не смог ими воспользоваться. Вот я  и
решил, что взамен подойдут красные чернила. Ха! Ха! В  следующий  раз  я
отрежу уши и отошлю их в полицию, просто так, ради шутки".
   Письмо было подписано: "Джек-Потрошитель".
   К следующему письму, отправленному в комиссию  по  охране  порядка  в
Уайтчепеле, была приложена половина почки.  Отправитель  утверждал,  что
почка вырезана у убитой им жертвы и что вторую ее половину он съел.
   Конечно, следователи не были уверены, что второе письмо  прислал  тот
же человек, который отправил первое. Но уже было известно, что  Потроши-
тель вырезает у своих жертв некоторые органы. Умело перерезав им  горло,
он расчленяет тела, режет лица, вскрывает брюшную полость, удаляет внут-
ренности. Что-то он оставляет рядом с трупом, что-то забирает с собой.
   Третьей жертвой Потрошителя стала Элизабет Страйд, из-за своего роста
прозванная "Длинной Лиз". 30 сентября старьевщик, проходя со  своей  те-
лежкой на Бернер-стрит в Уайтчепеле, заметил подозрительный узел и сооб-
щил о нем в полицию. Так было найдено тело сорокачетырехлетней Лиз.
   Как и в предыдущих случаях, горло жертвы было  располосовано.  Убийца
при этом находился за ее спиной. Но никаких  увечий  или  следов  сексу-
ального бесчинства на теле не было. Полицейские решили,  что  преступник
устыдился своих мерзких деяний. Однако в  тот  же  день  они  обнаружили
жертву номер четыре.


   Волна страха

   Кэтрин Эдоус, которой было за сорок, нашли расчлененной, лицо ее ока-
залось изрезанным, извлеченные внутренности лежали на правом плече,  оба
уха исчезли.
   К тому времени Лондон уже был охвачен волной страха.  Многие  женщины
стали носить с собой ножи и свистки для вызова полиции.
   Газета "Иллюстрейтед Лондон ньюс" шутливо предлагала знатным леди об-
завестись пистолетами с рукоятками, украшенными жемчугом, на случай, ес-
ли Потрошителю захочется расширить социальную сферу убийств. Один из ма-
газинов начал рекламировать даже стальные корсеты.
   А в самом Уайтчепеле женщины-полицейские стали одеваться  и  гримиро-
ваться под проституток в расчете на то, что преступник клюнет на приман-
ку и попадется.
   Доходило до фарса. Так, к переодетому полицейскому подошел журналист,
наряженный как женщина легкого поведения, и спросил: "Вы один  из  нас?"
Тот ответил: "Вот уж нет!" - и арестовал шустрого репортера.
   Убийство Иддоуэс встревожило полицию до крайности. Ее тело было  изу-
вечено гораздо сильнее, чем в предыдущих случаях. Кровавая  дорожка  шла
от трупа к клочкам изодранного фартука, валявшегося у входа. А  рядом  с
дверью на стене мелом было написано: "Евреи - не те люди, которых  можно
обвинять ни за что".
   Сэр Чарльз Уоррен, глава полиции, лично стер  надпись  и  тем  самым,
возможно, уничтожил очень важную улику. Но он опасался, что при  тогдаш-
нем наплыве в Ист-Энд евреев из Восточной Европы эта надпись могла  выз-
вать волну неприязни к ним.


   Слухи и подозрения

   Слухи о том, кем мог быть убийца, распространялись со скоростью  лес-
ного пожара. Некоторые напуганные жители района поговаривали  даже,  что
этим занимается какой-то полицейский во время патрулирования улиц.
   Среди подозреваемых оказался и некий русский  врач  по  имени  Михаил
Острог. Откуда-то родилась версия о том, что он якобы был послан царской
тайной полицией, чтобы возбуждать ненависть к евреям-эмигрантам.
   Были и такие, что утверждали, будто преступник - какой-то свихнувший-
ся хирург. Подозрение коснулось даже самого сэра Чарльза Уоррена  -  из-
вестного франкмасона. Выдвигалось предположение, что он стер надпись  на
стене, чтобы спасти от возмездия убийцу-масона.
   Последнее убийство произошло 9 ноября. Единственным отличием оказался
тот факт, что жертва относилась к более высокому разряду проституток - у
нее была собственная комната.
   Мэри Келли, двадцати пяти лет от роду, была убита и жестоко изувечена
в комнате, которую она снимала. На этот раз у Потрошителя было достаточ-
но времени, чтобы вволю натешиться своей гнусной работой.
   Утром 10 ноября владелец дома Генри Боуэрс, обходя жильцов и  собирая
квартирную плату, постучал в дверь Мэри. Весь предыдущий вечер привлека-
тельная блондинка провела за своим обычным занятием - приставала к  про-
хожим, выпрашивая деньги. Последний мужчина, с которым ее видели, - высо-
кий, темноволосый, с усами и в войлочной  охотничьей  шляпе, вероятно, и
был ее убийцей.
   При вскрытии, кстати, выяснилось, что женщина была на третьем  месяце
беременности.
   На этом цепочка жестоких убийств оборвалась. Однако и  сейчас,  более
чем через столетие, загадка короткого, но кровавого разгула  Потроши-
теля остается неразгаданной.
   В 1959 году, через семьдесят один год после серии убийств, один  ста-
рик вспоминал, как в детстве однажды катил тележку вниз по Ханбури-стрит
и услышал крики: "Убийство!" Старик рассказывал: "Я был мальчишкой, поэ-
тому, не раздумывая, подбежал и протиснулся сквозь толпу...  И  там  она
лежала, а от ее внутренностей еще шел пар. На ней были бело-красные чул-
ки". Тогдашний мальчик видел вторую жертву Потрошителя - Энни Чапмен.
   Один из подозреваемых вызвал особое волнение  в  обществе,  поскольку
это был внук королевы Виктории принц Альберт Виктор, герцог  Кларенский.
Подозрение пало на него лишь потому, что было много разговоров о его су-
масшествии. Сразу же после серии убийств принца, по слухам, отправили  в
психиатрическую лечебницу, чтобы избежать скандала.
   Герцог был старшим сыном будущего короля Эдуарда VII.  Говорили,  что
он был бисексуалом и повредился умом после того, как  заразился  сифили-
сом.
   Но первое место в ряду подозреваемых, скорее всего,  занимал  Монтегю
Джон Друитт, чье тело было найдено в Темзе через несколько недель  после
убийства Мэри Келли.


   Джилл-потрошительница?

   Другой автор, Уильям Стюарт, выдвинул предположение, что Джека-Потро-
шителя не существовало, а на самом  деле  была  Джипл-Потрошительница  -
акушерка, промышлявшая подпольными абортами. В свое время она побывала в
тюрьме за проституцию. Выйдя на  свободу,  Джилл  якобы  начала  жестоко
мстить обществу.
   Высокопоставленный полицейский чин Джон Сталкер, вышедший в  отставку
с поста заместителя главного констебля Большого Манчестера, изучив  дело
Потрошителя, заявил:
   "До сих пор нет ни малейшего реального доказательства против кого-ли-
бо, которое можно было бы представить в суде. Правда заключается в  том,
что Джек Потрошитель никогда не опасался быть пойманным. Уверен, что по-
лиция не раз оказывалась рядом с ним, но... Полиция в 1888 году столкну-
лась с довольно новым для нее явлением - серией убийств  на  сексуальной
почве, совершенных человеком, который был незнаком со  своими  жертвами.
Даже сейчас, через сто лет, раскрывать такие преступления очень трудно".
   И тем не менее есть человек, детально знакомый с  делом  Потрошителя,
который убежден, что виновник тех ужасных  убийств  может  быть  назван.
Джон Росс, бывший полицейский, ныне заведует так называемым "черным  му-
зеем" полиции. Вовсе не склонный к поспешным  выводам,  он  рассказывает
посетителям своей необычной экспозиции, что Джек-Потрошитель - на  самом
деле эмигрант по фамилии Косминский. Между прочим, об этом  человеке  не
известно почти ничего, кроме фамилии. И тем не менее мистер Росс утверж-
дает, что данные, полученные полицией в свое время при осмотре мест про-
исшествия, указывают именно  на  Косминского.  Кстати,  так  считает  не
только Росс.
   В феврале 1894 года предшественник мистера Росса,  такой  же  заядлый
аналитик сэр Мелви Д. Маккнотон, написал семистраничную справку и подко-
лол ее к документам по делу Джека-Потрошителя. В этой справке  он  попы-
тался опровергнуть некоторые наиболее распространенные версии того  вре-
мени.
   В справке говорится: "Косминский - польский еврей. Этот человек сошел
с ума в результате долгих лет жизни в одиночестве и пороке. Он ненавидел
женщин, особенно проституток, и был склонен к убийствам... Он связан  со
многими преступлениями, что позволяет подозревать его".


   ЗАГАДКА ВЕКА: Сокровища нацистов

   В маленьком селении произошел ряд жестоких убийств. Кто-то  решил  во
что бы то ни стало сохранить тайну давних военных  времен.  Первопричина
этих преступлений - ограбление нацистами Европы, страсть к богатству...

   В десять часов вечера в воскресенье звонок в дверь оторвал Сальваторе
Леонарда от телевизора. Для друзей  вроде  бы  поздновато,  подумал  он.
Что-то явно случилось. Иначе зачем кому-то понадобилось бы  тащиться  по
грязной дороге к его дому, карабкаясь по  холмам,  окружающим  деревушку
Баргагли на севере Италии?
   Леонарда выбрался из кресла и прошаркал к входу.  Отворив  дверь,  он
наткнулся взглядом на два ствола обреза охотничьего ружья. Скорее  всего
рассмотреть лицо позднего посетителя он  просто  не  успел:  оба  ствола
брызнули огнем еще до того, как дверь раскрылась полностью.
   Для полиции, нагрянувшей в деревню  вскоре  после  происшествия,  эта
трагедия стала самой настоящей загадкой. И никто  из  жителей  небольшой
местной общины не пожелал пролить на него свет. Даже вдова  Леонарда  не
смогла подсказать сыщикам, кто и за что убил седовласого старика -  быв-
шего парикмахера.
   "Мой муж был спокойным человеком, - сказала она. - Он жил  тихо,  любил
ухаживать за цыплятами и кроликами. Но вот недавно  он  начал  говорить,
что жить ему осталось совсем недолго".
   Мэр Баргагли вообще отказался разговаривать на эту тему. Он прямо за-
явил: "Я не хочу быть замешанным в такие дела. У нас не  принято  обсуж-
дать подобные вопросы".
   Причиной такого заявления стал тот факт,  что  Леонарда  оказался  не
первым, кто погиб от рук ночного посетителя, которого прозвали  "Чудови-
щем из Баргагли". На совести преступника, как утверждали, была  двадцать
одна жертва - семнадцать мужчин и четыре женщины. Единственное, что было
о нем известно, - его возраст. По общему мнению, убийцей был старый чело-
век, поскольку вся эта история, как полагали, началась сорок четыре года
назад.


   В партизанской засаде

   Разгадку тайны нужно было искать в далеком сорок пятом. В феврале то-
го года, за три месяца до освобождения Италии, местные партизаны  захва-
тили в долине Тикосы нацистскую колонну грузовиков, перевозившую деньги,
золото, драгоценности, картины и другие произведения искусства,  награб-
ленные во время войны. Охрана из эсэсовцев, сопровождавшая добычу в Гер-
манию, была уничтожена, и "сокровища Тикосы" бесследно исчезли.
   Кармине Скотта, полицейский, которому поручили расследовать  дело  об
исчезновении трофеев, через несколько дней был подвергнут зверским  пыт-
кам и заживо зажарен на вертеле. Он стал первым звеном в  зловещей  цепи
жертв, приписываемых "Чудовищу из Баргагли".
   Убийца, кто бы он ни был, решил во что бы то ни стало сохранить тайну
спрятанных сокровищ. За два месяца, прошедших после ужасной смерти Скот-
та, произошло еще восемь убийств. В апреле 1945  года  четверо  партизан
были расстреляны из пулемета. Через пару дней погибли еще четверо.
   Жители деревни, вспоминают  старожилы,  перессорились  из-за  военных
трофеев. Но убийства сделали свое дело. "Чудовище" подавило любые  недо-
вольства бывших партизан. Следующие шестнадцать лет в деревне царили мир
и покой.
   Некоторые жители за это время построили новые дома на средства,  явно
превышающие их доходы. Но вопросов по этому поводу никто не задавал. По-
лиция потеряла интерес к делу о сокровищах. Так продолжалось до 1961 го-
да.


   Воскрешение "Чудовища"

   В декабре 1961 года Джузеппе Муссо, семидесятидвухлетний могильщик  и
бывший партизан, свалился с моста в ров и раскроил себе череп. Это  про-
исшествие сочли случайностью.
   А вот смерть шестидесятичетырехлетней Марии Валлетто в ее деревенском
доме в декабре 1969 года к случайным никак не  отнесешь.  Бывшая  парти-
занская связная была забита до смерти.
   Убийства продолжались. В ноябре 1972 года Джероламо Канобио, которому
было семьдесят шесть лет, напившись однажды вечером, заявил,  что  знает
тайну пропавших сокровищ. Через пару часов его нашли мертвым.
   Все случаи имели поразительное сходство. Жертвы были преклонного воз-
раста, все во время войны либо сражались в  рядах  партизан,  либо  были
тесно связаны с ними. Иными словами, это были люди, которые могли  знать
ответ на вопрос о пропавших нацистских сокровищах.
   Следующей в этой очереди за смертью оказалась Джулия Виачава, семиде-
сяти четырех лет. В марте 1974 года ей тоже проломили голову камнем. Еще
через два года нашли повешенным пятидесятичетырехлетнего Пьетро Чеваско.
   Карло Спаллароза в свои шестьдесят девять лет встретил  в  июне  1978
года еще более страшную смерть. После того как он "упал" со  скалы,  ему
отрубили голову.
   Некоторые жители деревни после нападений на них чудом остались  живы,
но и после этого упорно хранили молчание. В семидесятипятилетнего  Фран-
ческо Фумеру в 1980 году стреляли из обреза охотничьего  ружья  почти  в
упор, а он твердил, что не разглядел нападавшего.
   Несколько позже история эта приняла новый  и  неожиданный  оборот.  В
центре ее оказалась Анита де Магистрис, вдова немецкого офицера, который
в свое время возглавлял захваченную партизанами колонну и после боя  ос-
тался жив. В 1974 году "баронесса" (так люди называли мадам  де  Магист-
рис) неожиданно поселилась на вилле в  окрестностях  Баргагли.  Нетрудно
догадаться, почему она здесь появилась.
   С годами "баронесса" освоилась на новом месте, близко познакомилась с
местными жителями, аккуратно посещала церковь и даже руководила  церков-
ным хором. Но кого-то ее присутствие в селе явно не устраивало.  В  июле
1983 года "баронесса" была убита несколькими мощными ударами дубинки  по
голове.
   Местный судья Мария-Роза де Анджело попыталась разобраться в  послед-
них убийствах. Одна из жительниц деревни, семидесятисемилетняя Эмма  Че-
васко, согласилась помочь ей в расследовании. Но показания дать не успе-
ла: за день до встречи с судьей она "выпала" из окна второго этажа свое-
го дома и скончалась на месте.
   Судья поняла, что жители деревни парализованы страхом.  "Только  этим
можно объяснить кажущееся равнодушие местного населения", - заявила она.
   Молчание, которое служило  надежной  охраной  награбленным  нацистами
сокровищам, было типичным явлением не только для Италии. История деревни
Баргагли - лишь одна из глав таинственной саги о нацистских  богатствах,
сначала награбленных, а потом исчезавших по мере того, как немцы  отсту-
пали через всю Европу.
   Когда в середине 30-х годов угроза войны стала  все  более  ощутимой,
богатые люди в Европе запаниковали. Перед ними встал трудный вопрос: как
уберечь свои дома и богатство от гитлеровцев?
   Нацистам понадобилось совсем немного времени, чтобы понять: буквально
сквозь их пальцы утекают огромные сокровища.
   Фюрер приказал построить специальные хранилища для всевозможных  цен-
ностей. По мере продвижения его армии на запад эти хранилища быстро  за-
полнялись усилиями агентов-стервятников Бормана. Строились все  новые  и
новые хранилища, особенно после захвата такого ценного трофея, как Париж
- сокровищницы европейского искусства.
   Количество награбленного во  французской  столице  было  неимоверным.
Герман Геринг, командующий "Люфтеаффе", создал состояние, направляя  по-
езда с захваченными художественными ценностями прямиком в свой замок под
Берлином.
   Нацисты прибрали к рукам все, до чего смогли дотянуться  в  оккупиро-
ванных европейских странах. Исчезло  более  половины  национального  бо-
гатства Бельгии и Голландии. Были начисто разграблены  хранилища  банков
Польши и Чехословакии. Из России каждый месяц прибывало полсотни  эшело-
нов с ценностями из музеев, художественных галерей и библиотек.  К  тому
времени, когда в войне наступил перелом, нацисты успели  награбить  раз-
личных ценностей примерно на 15 миллиардов фунтов  стерлингов  (нынешняя
стоимость их не поддается оценке). Но  когда  бомбардировщики  союзников
начали появляться над городами уже в самом центре  Германии,  ненасытные
грабители поняли, что их добыче грозит реальная опасность.
   Часть награбленных ценностей  была  спрятана  в  соляных  шахтах  под
Альт-Аусси в Австрии. Бриллианты оказались в одном из монастырей  в  Че-
хословакии. Замок Нейсванштейн тоже стал местом  хранения  сокровищ.  Но
огромная часть награбленного попросту исчезла.
   И тут  нужно  учесть  традиционную  немецкую  предусмотрительность  и
вспомнить, что разгромленные нацисты вскоре после  войны  создали  новую
секретную организацию под названием ОДЕССА. Она возникла, чтобы  обеспе-
чить безопасные пути спасения немецким военным  преступникам  и  создать
для них надежные укрытия. На это были  потрачены  огромные  средства  из
награбленной за войну добычи. Но немалая часть этой добычи  еще
осталась...


 "Все очень просто..."

   Во время штурма Берлина в конце апреля 1945 года  произошло  примеча-
тельное событие. Американские войска стремились во что бы  то  ни  стало
опередить своих советских союзников и добраться  до  германской  столицы
первыми. Их целью был берлинский рейхсбанк, вернее, его содержимое.  Од-
нако оно досталось русским.
   Разведслужбы по обе стороны "железного занавеса" были согласны в том,
что после войны только одного золота, которое хранилось в Германии, про-
пало примерно на 50 миллиардов  фунтов  стерлингов.  Большая  часть  его
спрятана где-то в Европе.
   Удиравшие нацисты были не в состоянии прихватить с собой всю  награб-
ленную за войну добычу. Ценности на миллиарды фунтов стерлингов были за-
рыты на обочинах европейских дорог.
   В 1983 году рабочий, реставрировавший  древний  колодец  в  одном  из
мужских монастырей в Северной Италии, наткнулся на  небольшую  шахту,  в
которой оказалось несколько десятков тяжелых ящиков.  Когда  их  подняли
наверх и вскрыли, оказалось, что в них хранились 60 тонн  золота,  стои-
мость которого на то время превышала 500 миллионов фунтов стерлингов.
   Итальянское правительство признало, что немцы в 1944 году забрали  из
центрального банка Рима 120 тонн золота и погрузили  его  на  грузовики,
чтобы вывезти в Германию. Какая часть этого золота попала туда, не знает
никто. Что-то украли по пути сами немцы, что-то бросили, а что-то захва-
тили итальянские партизаны...
   И тут самое время вернуться к началу нашей истории, в деревню Баргаг-
ли, к цепи мерзких убийств,  отнюдь  не  завершившихся  смертью  старого
Сальваторе Леонарда. Какую бы тайну нацистских сокровищ  он  ни  хранил,
она не защитила его.
   Вот что сказал один из жителей этой деревни: "Ужасные вещи происходи-
ли во время войны, ужасные вещи происходят и  сейчас.  Все  очень
просто..."


   ИМЕЛЬДА МАРКОС: "Стальная бабочка"

   Сказки о золушках уже давно никого не удивляют. Но история  взлета  и
падения погрязшей в распутстве и коррупции Имельды Маркос,  которая  же-
лезной рукой правила филиппинским народом и бессовестно опустошала госу-
дарственную казну, не похожа на другие и по сей день шокирует обществен-
ность.

   Сторонники Имельды считали, что она облагодетельствовала  страну.  Ее
называли прекрасной Золушкой, ставшей принцессой, умной и утонченной со-
беседницей президентов, королей и самого римского папы. Однако, по  мне-
нию оппозиции, это была деспотичная правительница,  которая  бессовестно
грабила Филиппины, в то время как народ влачил  жалкое  существование  в
убогих поселках, напоминавших гетто.
   Чем больше Имельда требовала преданности и любви от своих  подданных,
тем больше ее ненавидели. Как жена президента Филиппин Фердинанда Марко-
са, а также его главный советник и доверенное лицо,  Имельда  напоминала
коварную интриганку Марию-Антуанетту. Не мудрено, что это вызывало през-
рение и отвращение у всех, кто ненавидел чету Маркосов.
   Иногда Имельду называли  "стальной  бабочкой":  за  яркой  внешностью
скрывались непреклонная воля и жестокость.
   Алчность, тщеславие и эгоизм Имельды были безграничны. Столь же безг-
ранично было и ее расточительство. В нищей, отсталой  стране,  где  люди
умирали от голода и болезней, она надевала на  свою  собаку  ошейник  из
бриллиантов. Трудно даже представить, сколько детей можно было бы спасти
от преждевременной смерти, если бы деньги, которые она тратила  на  свои
прихоти, расходовались на покупку лекарств.
   Туристов, посещающих дворец Малакананг - бывшую резиденцию  президен-
та, а ныне музей, - поражает прежде всего ненасытная  алчность  "стальной
бабочки". Под бывшим будуаром Имельды находится помещение площадью почти
500 квадратных метров. Спустившись в него, посетители замирают в изумле-
нии, глядя на несметное количество обуви,  сумочек,  нижнего  белья,  на
стеллажи, забитые шубами из ценнейших мехов и  платьями  от  лучших  мо-
дельеров Европы.
   Во время поездок в Париж, Рим или Нью-Йорк Имельда останавливалась  в
шикарнейших отелях, где ее апартаменты ежедневно украшались свежими цве-
тами. На вечеринки с богатыми молодыми повесами она отправлялась на лич-
ном самолете, оборудованном ванной и душем с кранами из золота.  Имельда
с презрением говорила: "Бедняки назвали меня  своей  звездой,  а  звезда
должна сиять!" Газеты писали, что это ее "сияние" обошлось  филиппинской
казне почти в пять миллиардов долларов.


   Путь наверх

   Детство Имельды Ромуальдес (Маркос) прошло в нищете. Жалкая босоногая
девчушка из простой филиппинской семьи и мечтать не смела о  бриллиантах
и норковых манто - она радовалась куску хлеба к ужину.
   Во время второй мировой войны Филиппины были  аккупированы  японскими
войсками. Семья Имельды осталась практически без средств  к  существова-
нию. Близкие к ней люди уверяли, что именно обездоленное  детство  стало
причиной алчности будущей супруги диктатора.
   Когда Имельда подросла, она словно по волшебству превратилась из гад-
кого утенка в прекрасного лебедя - прелестную стройную азиатскую  фею  с
очаровательными глазами. Ее красота покорила молодого сенатора Фердинан-
да Маркоса. Тот сразу понял, что его способности и честолюбие в  сочета-
нии с неповторимой красотой Имельды  откроют  ему  путь  к  головокружи-
тельной политической карьере.
   Маркос оказался прав. После бракосочетания в 1954 году Имельда  стала
его незаменимым помощником в проведении избирательной  кампании.  Часто,
чтобы привлечь народ на предвыборные речи, она исполняла народные филип-
пинские песни. Этот политический дуэт околдовал страну.
   Путь во  дворец  Малакананг  для  Маркосов  оказался  трудным.  Позже
Имельда будет вспоминать, что роль жены, матери, помощника и консультан-
та в политических схватках и интригах оказалась для нее непосильной, и у
нее произошел нервный срыв. Маркос отправил жену в Нью-Йорк к лучшим вра-
чам.
   После курса лечения Имельда вновь с головой окунулась в  общественную
и политическую жизнь.
   Неутомимый труд, интриги, умелое привлечение политических сторонников
и заигрывание с народом принесли свои плоды: в 1965 году Фердинанд  Мар-
кое стал президентом. Двадцать один год он и его  супруга  правили  нес-
частной страной, вконец разоряя ее.
   Первое время Маркос был вынужден считаться с конституцией. По сущест-
вующим законам, через восемь лет правления - в случае поражения на  оче-
редных президентских выборах - он мог потерять свой пост.
   Чтобы не допустить этого, 21 сентября  1972  года  Маркос  объявил  в
стране военное положение, что автоматически избавило его от утомительной
и непредсказуемой избирательной кампании и от нападок свободной  прессы,
тут же поставленной под жесточайшую цензуру.
   Однако недовольство народа его правлением росло. Уже через два месяца
после введения военного положения на  торжественной  церемонии  один  из
присутствующих кинулся на Имельду с длинным филиппинским ножом, называе-
мым "боло".
   Нападавший был убит одним из охранников, но до этого он успел основа-
тельно полоснуть ножом по рукам Имельды. С этого дня Имельда  по  совету
предсказателя всегда носила на шее шарф, чтобы уберечься от ножа. К тому
же она никогда ничего не выбрасывала из опасения, что старую одежду  или
обувь недоброжелатели могут использовать против нее в колдовских  ритуа-
лах.


   Жестокость и мстительность

   Хотя военное положение и укрепило власть Маркоса, тем не  менее  свой
тщательно охраняемый дворец покидал он редко. Многие заокеанские  дипло-
матические миссии диктатор поручал своей поднаторевшей в интригах жене.
   В постоянных разъездах Имельду сопровождала большая группа ее сторон-
ниц, прозванных "леди в голубом". Они носили традиционные белые платья с
рукавами бабочкой и голубыми поясами. Вместе с ними Имельда колесила  по
свету, тратя баснословные суммы на покупки и банкеты.
   Когда вылетал или приземлялся ее самолет, аэропорт  Манилы  закрывали
для других рейсов. Сотни детишек в национальных костюмах и с  цветами  в
руках, министры с женами, высший свет, а также армейская верхушка должны
были встречать и провожать ее, словно это не Фердинанд  Маркос,  а  она,
Имельда, была президентом Филиппин.
   Во время визита в Ватикан Имельда была удостоена чести предстать пред
Иоанном Павлом II. Она заявила, что явится на аудиенцию в своем  обычном
белом наряде. Однако официальные представители папы римского вежливо за-
метили, что по протоколу ей следует надеть черное платье с длинными  ру-
кавами.
   В конце концов Имельда вынуждена была подчиниться. Но она  не  забыла
нанесенного ей "оскорбления". И когда папа Иоанн Павел II прибыл  в  фи-
липпинскую столицу с ответным визитом, сотни "леди в горбом" по  приказу
Имельды приветствовали его в белых открытых платьях без рукавов.
   Папа был не  единственным,  кто  испытал  на  себе  мстительный  нрав
Имельды. За несколько  лет  до  этого  досталось  знаменитой  английской
рок-группе "The Beatles", приехавшей на гастроли на Филиппины в 1966 го-
ду. Миссис Маркос заявила, что ей бы очень хотелось, чтобы они выступили
для нее во дворце Малакананг. Выдающаяся  четверка  ответила,  что  если
Имельда желает их услышать, то пусть приходит на их концерт на  стадион.
Это привело самолюбивую правительницу в ярость. В день отъезда  музыкан-
тов на родину на них напали головорезы, нанятые  Имельдой.  Не  вмешайся
полиция, музыканты были бы беспощадно избиты.
   "Леди в голубом" помогали Имельде в  организации  роскошных  приемов.
Особенно торжественно отмечался день рождения их госпожи.  Этот  "нацио-
нальный праздник" чаще всего проходил во дворце на  берегу  океана,  где
были два не уступающих олимпийским плавательных  бассейна,  великолепное
поле для игры в гольф и несколько посадочных площадок для вертолетов.
   Во дворце Имельда с удовольствием пела перед гостями. У нее было при-
ятное сопрано, а репертуар включал как народные, так и эстрадные  песни.
Иногда к ней присоединялся Фердинанд, и тогда они дуэтом исполняли песни
о любви.
   Гостям обычно дарились сувениры - как правило, из драгоценных  камней
или золота. Во дворце были кладовые, доверху набитые  подобными  "безде-
лушками". Ненасытная Имельда в 1983 году за три месяца потратила в Риме,
Копенгагене и Нью-Йорке свыше пяти миллионов долларов, покупая все,  что
попадалось ей на глаза, - от банных полотенец  до  картины  Микеланджело.
При этом она смертельно обижалась, если кто-то осмеливался обвинять ее в
коррупции.  "Меня  называют  взяточницей  и   распутницей, -   жаловалась
Имельда. - Но разве я похожа на ту, которую можно купить?"


   Песок из Австралии

   Имельда Маркос разъезжала по свету не только для того чтобы пополнить
свой огромный гардероб: она искала и находила политическую и экономичес-
кую поддержку режиму Маркоса, уговаривала монархов и  высокопоставленных
особ из Европы посетить Филиппины, отдохнуть там  и  лично  убедиться  в
процветании страны.
   В 1979 году вблизи Манилы был открыт шикарный курорт Марбелла,  пред-
назначенный для богачей со всего мира. Имельде показалось, что песок  на
пляжах недостаточно светлый. Она тут же отправила самолет за песком нуж-
ного цвета в Австралию.
   По словам тех, кто хорошо ее знал, неуемное стремление к власти и бе-
зумное расточительство начались у Имельды в 1969 году - после  того  как
она узнала о любовной связи мужа с  американской  актрисой  Доуви  Бимс.
Правительница немедленно выдворила ее из страны. Однако  Бимс,  предвидя
такой ход, запаслась пленками с записями своих свиданий с Фердинандом.
   Копии компрометирующих президента записей попали в руки  политических
противников Маркоса, таких как сенатор Акино, который использовал  их  в
борьбе против диктатора. Это взбесило Имельду, и в 1972 году сенатор  по
ложному обвинению оказался в тюрьме.
   Публично опозоренная неверностью мужа и рассказами Бимс  о  том,  что
Фердатавди  считал жену фригидной,  Имельда  предъявила  своему  супругу
ультиматум. Она не станет добиваться развода и  будет  помогать  ему  во
всем, но и он не должен мешать осуществлению ее грандиозных  планов  вы-
вести страну в число передовых.
   Далеко идущие прожекты Имельды включали и проведение в Маниле  между-
народного кинофестиваля. Началась бешеная гонка.
   При строительстве огромного здания, в котором  должен  был  проходить
фестиваль, произошла катастрофа. На еще  сырых  бетонных  перекрытиях  в
спешке возводились следующие этажи, и здание рухнуло, похоронив под  об-
ломками сто шестьдесят восемь рабочих.
   Аварийные команды, родственники готовы были вручную разбирать  разва-
лину", чтобы вытащить тела погибших из-под обломков.
   Но Имельда заявила, что даже национальная трагедия не остановит нача-
того дела, и, чтобы ускорить, строительство, распорядилась залить  руины
бетоном и продолжать работы.
   К 1975 году Маркос уже полностью потерял контроль над  супругой.  Она
заставила президента официально назначить ее на  один  из  высших  госу-
дарственных постов и перестала скрывать свой интерес к  богатым  молодым
бездельникам.
   Люди, близко знавшие Имельду, утверждали, что ее  отношения  с  юными
"нарциссами" были платоническими. Равнодушная к плотским утехам, Имельда
использовала их не в будуаре, а лишь при  появлении  на  публике,  чтобы
создать себе имидж роковой женщины.
   К 1979 году Имельда Маркос приобрела такую огромную власть,  что  пе-
ретрясла весь кабинет министров, и новое правительство назвали  "кабине-
том Имельды". Члены ее семьи и приближенные лица получили высокие посты,
а все нити прибыльного бизнеса оказались в руках любимчиков "первой  ле-
ди".
   Фердинанд понимал, что на штыках они с женой долго удержаться у влас-
ти не смогут.
   В 1981 году он отменил военное положение и выдвинул свою  кандидатуру
на очередные президентские выборы.
   Выборы состоялись, и никого не удивило,  что  Маркос  опять  оказался
"народным избранником". Немногочисленным противникам  диктаторской  пары
быстро и энергично заткнули рты.
   Отпраздновав победу, Имельда Маркос решила по этому случаю приобрести
что-нибудь стоящее. За баснословные деньга она купила в Нью-Йорке торго-
вый комплекс, роскошные здания на престижной Пятой авеню, административ-
ные здания на Уолл-стрит и Мэдисон-авеню, старинные особняки в Нью-Джер-
си.
   А между тем здоровье Маркоса начало стремительно  ухудшаться.  Делами
государства все чаще занималась Имельда. Но в стране назревали  события,
разрушившие все ее планы.


   Начало конца

   В августе 1983 года сенатор Акино, находившийся после ареста в изгна-
нии в США, вернулся на Филиппины. Однако при выходе из самолета  он  был
убит одним из головорезов Маркоса.
   Режим Маркоса еще удерживался на плаву, но правитель уже не мог спра-
виться с растущим недовольством народа. Убийство сенатора Акино послужи-
ло сигналом для массовых выступлений.
   Начались ежедневные демонстрации протеста, забастовки. Народ требовал
объявления импичмента президенту.
   Имельда понимала, что их власть ослабевает с каждым днем,  и  обрати-
лась за советом к оккультистам и астрологам.
   На Маркосов стали оказывать давление и политические круги США, долгое
время являвшиеся их верным и надежным союзником и партнером.
   В 1986 году, все еще надеясь на благополучный исход, Маркос объявил о
внеочередных выборах президента.
   Возмездие за годы жестокого правления  настигло  властолюбивую  чету.
Вдова сенатора Акино, Корасон, опередила  Маркоса  на  выборах.  Но  ре-
зультаты подсчета голосов были фальсифицированы, и 15 февраля  Фердинанд
снова объявил себя президентом.
   На Филиппинах назревала революция. Понимая, что подавить ее не удаст-
ся, Фердинанд с Имельдой были вынуждены тайно покинуть Манилу,  захватив
награбленное богатство.


   Изгнание... и возвращение

   Измученный болезнью,  Фердинанд  скончался  в  изгнании  на  Гавайях.
Имельда осталась одна. Впереди ее ждали судебные разбирательства - расп-
лата за два десятилетия вакханалии зла и коррупции.
   Но вряд ли даже самым искушенным детективам удалось бы проследить  за
размещением ее миллионных вкладов в крупнейших  банках  мира  и  оценить
стоимость акций и недвижимости в Нью-Йорке, Риме и Лондоне.
   Официальные лица США не могут точно определить, сколько денег  украла
у своего народа Имельда, но полагают, что ее состояние превышает  десять
миллиардов долларов.
   Будет ли со временем хоть что-то из  награбленного  возвращено  нищей
стране - сказать трудно, так как по решению американского  суда  Имельде
Маркос позволено хранить свои сбережения в американских банках.
   Невероятно, но Имельда считает, что пострадала от неблагодарных  соо-
течественников, что они с мужем были олицетворением свободы,  справедли-
вости и демократии.
   В 1990 году бывшая первая леди Филиппин получила разрешение вернуться
на родину - при условии, что оплатит все необходимые налоги и пошлины.
   Пережив изгнание и ряд судебных тяжб, Имельда все еще собиралась  бо-
роться за власть.
   Перед вылетом на родину она заявила: "Я подчинюсь воле своего  народа
и сделаю все для его блага".
   Имельда Маркос мечтает о  том  великом  моменте,  когда  народ  снова
вспомнит о ней и увидит в ней  единственную  достойную  претендентку  на
высшую власть в стране.


   "УОЛТЕРГЕЙТ": Крах президента

   Бдительный охранник обнаружил, что в здании штаб-квартиры  демократи-
ческой партии в Вашингтоне взломана дверь.  Преступников  арестовали.  И
разразился политический скандал, главным героем которого стал  президент
США Ричард Никсон.

   Это случилось вскоре после двух часов дня, в субботу 17 июня 1972 го-
да. Пятеро мужчин, одетых в строгие деловые костюмы, с  резиновыми  пер-
чатками на руках незаметно прошли через лабиринт  затемненных  офисов  и
коридоров гостиницы "Уотергейт". С собой они несли сложную  звукозаписы-
вающую аппаратуру.
   Эти люди, несомненно, были хорошо знакомы с планом здания. Однако они
не смогли предвидеть, что бдительный негр-охранник именно в  этот момент
начнет обход здания.
   Поняв, что в здание проникли посторонние, охранник сразу  позвонил  в
полицейское управление Вашингтона.
   К месту происшествия был послан наряд полиции. Всех пятерых задержали
в одном из пустых офисов. Заподозрив в попытке грабежа, их арестовали  и
доставили в полицию для выяснения обстоятельств.
   Через шесть часов в квартире молодого репортера Боба Вудворда раздал-
ся телефонный звонок. Бывший морской офицер снял трубку и услышал распо-
ряжение главного редактора газеты "Вашингтон пост" срочно явиться в зда-
ние суда.
   Дело показалось Вудворду незначительным. Что необычного в аресте пяти
грабителей? Однако, узнав, что происшествие  случилось  в  штаб-квартире
Национального комитета демократической партии, журналист насторожился.
   Так начался скандал, приведший к отставке президента США Ричарда Ник-
сона. Это было самое сенсационное событие в истории американской полити-
ки.
   Само слово "Уотергейт" стало символом аморальности, коррупции и прес-
тупности в правительственных кругах.


   Восхождение к власти

   Скандалы вокруг Никсона случались и раньше. "Уотергейт" стал  кульми-
нацией политических интриг, умело скрываемых от глаз общественности.
   Удивительно, но человек, собиравшийся нанять банду головорезов, чтобы
расправиться с активными противниками вьетнамской войны, в  прошлом  был
квакером и проповедовал идеи мира и борьбы с насилием. Он родился 9  ян-
варя 1913 года в городке Йорба-Линда, штат Калифорния, и был вторым  сы-
ном в семье. Его родители были простыми людьми. Отец выращивал  цитрусо-
вые, работал на стройках и не гнушался никакого  труда,  но  постоянного
места работы не имел.
   Будучи от природы робким и замкнутым, Никсон тем не  менее  прекрасно
учился и успевал по всем предметам. Особенно ему нравились история и му-
зыка. Пытаясь одолеть свою робость и застенчивость, он участвовал в отк-
рытых диспутах и стал одним из основных  действующих  лиц  на  словесных
турнирах с учащимися других колледжей.
   Вначале он учился в квакерском колледже недалеко от дома. Одновремен-
но подрабатывал, чтобы оплатить учебу. После успешного окончания коллед-
жа стал стипендиатом престижного университета Дьюка в Дареме,  штат  Се-
верная Каролина. В 1934 году поступил  на  юридический  факультет  этого
университета.
   Через три года Ричард Никсон уже получил степень  бакалавра,  он  был
третьим среди выпускников. Затем стал работать в адвокатской конторе.  В
свободное от работы время он играл в любительских спектаклях в городском
драмкружке, где и познакомился с  будущей  женой - рыжеволосой  школьной
учительницей Патрицией Райан.
   После нападения японцев на Перл-Харбор 7 декабря 1941 года Никсон ре-
шил внести свою лепту в дело победы Америки и, несмотря на  пацифистские
убеждения, записался в армию. Его определили в военно-морские силы,  но,
учитывая квакерское воспитание, отправили служить за  тысячу  километров
от боевых действий - на острова Тихого океана, Войну он закончил в  чине
помощника командира транспортной части.
   В 1945 году друг Никсона банкир Герман Перри, один из столпов респуб-
ликанской партии, уговорил его заняться  политикой,  и  Никсон  выдвинул
свою кандидатуру на двенадцатый  региональный  конгресс  республиканской
партии в штате Калифорния.
   Тридцатитрехлетний Никсон легко получил  кресло  в  конгрессе  США  и
вскоре заслужил репутацию серьезного политика.
   Через некоторое время его включили в специальную двухпартийную комис-
сию палаты представителей, в обязанности которой  входило  расследование
антиамериканской деятельности. Здесь из-за своей непримиримости к комму-
нистам Никсон завоевал репутацию "цепного пса", который постоянно  пугал
американский народ "красной угрозой".
   Позиция ярого антикоммуниста помогла Никсону одержать победу на выбо-
рах в сенат в 1950 году. Ему тогда было тридцать семь лет, и он уже имел
опыт в закулисных махинациях.  Никсон  оказался  самым  молодым  сенато-
ром-республиканцем, и через два года, в 1952 году, президент  Эйзенхауэр
предложил его кандидатуру на пост вице-президента.
   Однако вскоре бурная политическая деятельность Никсона резко пошла на
убыль.
   Это случилось после того, как одна из нью-йоркских газет обвинила его
в использовании предвыборных средств на личные нужды.
   23 сентября молодой сенатор выступил по национальному  телевидению  с
объяснениями. Его оправдания журналисты назвали впоследствии  "чекерской
речью"; среди прочих обвинений было и такое: за деньги,  предназначенные
для избирательной кампании, Никсон купил своим детям  собаку  по  кличке
Чекере.
   Никсон сказал, что выделенные правительством средства были  использо-
ваны строго по назначению и что он никогда бы не позволил себе совершить
противозаконный или аморальный поступок и тем самым испортить свою поли-
тическую карьеру. Что кокер-спаниеля Чекерса он вообще не покупал. Соба-
ку детям подарили, и он не намерен забирать у них четвероногого друга  в
угоду распоясавшимся журналистам.
   Он закончил свою речь так: "Я не собираюсь уходить в отставку. Я  так
просто не сдаюсь".
   Похожую фразу он произнес и через двадцать лет во время Уотергейтско-
го скандала.
   Большинство американцев поверило в его невиновность, и Никсон вернул-
ся к своему излюбленному занятию - атаке на оппонентов из  демократичес-
ких рядов.
   Он заявил, что кандидат в президенты от демократов Эдлай Стивенсон  -
приятель Олджера Хита, который служил раньше в госдепартаменте США и был
коммунистом.
   Непрекращающиеся атаки на оппонентов  сыграли  свою  роль,  и  Никсон
одержал на выборах блестящую победу.


   C прицелом на Белый Дом

   После отставки Эйзенхауэра Никсон стал серьезно подумывать  о  прези-
дентском кресле. Первую попытку он совершил в 1960 году, когда  проиграл
очень популярному тогда Джону Кеннеди. Оказавшись не у дел, Никсон  отп-
равился в Калифорнию, где стал работать в адвокатской конторе в Лос-Анд-
желесе.
   Но его душа по-прежнему жаждала власти, и уже через одиннадцать меся-
цев после победы Кеннеди Никсон объявил о выдвижении  своей  кандидатуры
на пост губернатора штата Калифорния, самого крупного штата США. На этот
раз он проиграл начисто и с горечью набросился на прессу за ее "двусмыс-
ленные намеки", приведшие его к поражению. Никсон поклялся, что навсегда
уходит с политической арены.
   "Вы больше не увидите Ричарда Никсона в качестве мальчика для битья",
- негодовал он, и все думали, что слышат его в последний раз.
   Однако к 1968 году в Америке возникла сложная обстановка. Страну раз-
дирали противоречия, назревал политический кризис. Затянувшаяся война во
Вьетнаме как трясина засосала американскую военную машину. По всей стра-
не проходили митинги протеста и вспыхивали расовые  волнения.  Президент
Линдон Джонсон объявил, что не собирается выдвигать свою  кандидатуру от
демократической партии на второй срок. Это открывало  для  потенциальных
кандидатов большие возможности.
   Заявление Джонсона подстегнуло и Ричарда Никсона. Выдвинув свою  кан-
дидатуру, Никсон опередил бывшего губернатора штата Мэриленд Спиро  Агню
на полпроцента голосов выборщиков и стал хозяином Белого дома.
   Так пятидесятишестилетний Никсон наконец достиг вершины власти. Нужно
признать, что именно он посеял семена того, из чего позже вырос  "Уотер-
геит". Семена эти были брошены в благодатную почву  благодаря  созданной
Никсоном обстановке секретности и подозрительности к своим оппонентам.
   Во время второго срока пребывания Никсона на посту президента,  после
победы на выборах 1972 года, всплыли скандальные подробности двух  круп-
ных событий - бомбардировки Камбоджи американскими ВВС и  Уотергейтского
скандала.
   В 1970 году, во время войны во Вьетнаме, Никсон заверил  американский
народ, что США будут уважать нейтралитет  Камбоджи.  Однако  выяснилось,
что в 1969-1970 годах ВВС США нанесли более трех с половиной тысяч  бом-
бовых ударов по территории маленькой страны. Но даже эта  ложь  померкла
после того, как "Уотергеит" обнажил аморальную сущность президента и его
команды.


   "Уолтергейт"

   Правда о том, что делали пятеро взломщиков в штаб-квартире демократи-
ческой партии, пробивалась трудно: в стенах Белого дома началась широко-
масштабная операция по сокрытию следов преступления. Упорно  насаждалась
версия о попытке банального ограбления. Однако благодаря упорным усилиям
журналистов Боба Вудворда и Карла Бернштеина мир наконец узнал правду.
   Генеральный прокурор США Джон Митчелл еще в 1969 году заявлял, что  в
окружении президента Никсона без санкции судебных органов прослушиваются
телефонные разговоры его политических соперников.
   Другой сигнал прозвучал в июле 1970 года. Именно тогда Никсон одобрил
план секретных служб по проведению несанкционированных обысков  и  прос-
мотру корреспонденции у конгрессменов-демократов.
   Обуреваемый жаждой власти, Никсон оказался  замешанным  во  множестве
закулисных интриг. Из записей телефонных разговоров в Белом доме выясни-
лось, что по его заданию нанимались головорезы из мафиозных  кланов  для
разгона антивоенных демонстраций. "Есть парни, которые  с  удовольствием
размозжат головы этим пацифистам", - говорил президент - сам  ярый  паци-
фист в недалеком прошлом.
   Перед очередным туром выборов Никсон затребовал  сведения  об  уплате
налогов недостаточно лояльными государственными чиновниками.
   Когда его помощники стали выяснять, как им получить  эти  сведения  в
департаменте налогов, Никсон ответил: "Черт  возьми!  Прокрадитесь  туда
ночью!"
   Первое событие, связанное с "Уотергейтом", произошло после  опублико-
вания секретных документов Пентагона в 1971 году.
   Хотя эти документы, каким-то образом попавшие в "Нью-Йорк тайме", ка-
сались вьетнамской политики предыдущей администрации, Никсон был уверен,
что это заговор против него.  Чтобы  устранить  в  дальнейшем  возможную
утечку информации, он создал специальную секретную службу.
   В подразделение, известное под названием "водопроводчики", вошли  его
ближайшие советники и помощники. Действовали они под видом сантехников и
все в дальнейшем оказались замешанными в Уотергейтском скандале.
   Одной из главных задач Джона Эрлихмана, помощника Никсона, было  сос-
тавление списка двадцати наиболее активных политических противников пре-
зидента. Первым в этом списке значился сенатор Эдвард Кеннеди. Секретная
служба обсуждала даже варианты убийства неугодных  президенту  людей,  а
также операции по срыву митингов демократов.
   После того как было установлено, что штаб-квартира Национального  ко-
митета демократической партии  напичкана  подслушивающими  устройствами,
газеты обнародовали неприглядные подробности скандала. Всем  было  ясно,
что это сделано по прямому поручению президента.
   Слово "Уотергейт" стало символом коррупции и махинаций нечистоплотных
политиков.
   Когда в 1974 году расследование приближалось к драматической  развяз-
ке, оно вовлекло в свою орбиту многих высокопоставленных чиновников  Бе-
лого дома и даже вице-президента Спиро Агню, которые злоупотребляли слу-
жебным положением и тайно получали взятки.


   Импичмент

   "Я не мошенник", - заявил Никсон в своем выступлении  по  телевидению.
Однако магнитофонные записи подслушанных разговоров и протоколы допросов
говорили совсем о другом.
   Сенатом и палатой представителей были предприняты шаги по отстранению
президента от власти.  Законодательная  комиссия  палаты  представителей
одобрила импичмент.
   Ее заключение прозвучало суровым обвинением в адрес  не  оправдавшего
надежд американского народа президента. В нем утверждалось,  что  Ричард
Никсон вел себя неподобающим президенту образом, подрывал основы консти-
туционного строя США и должен быть смещен с поста и предстать перед  су-
дом.
   Несмотря на столь грозные обвинения, Никсон отказывался уйти  в  отс-
тавку. "Я не намерен ни при каких обстоятельствах уходить  с  поста,  на
который меня избрал американский народ", - сказал он.
   Однако Уотергейтский скандал разрастался как снежная лавина.
   Один из сотрудников аппарата Белого дома Александр  Баттерфилд  сооб-
щил, что с 1970 года Никсон тайно вел записи  всех  бесед  и  телефонных
разговоров в кабинетах Белого дома. Конгресс потребовал, чтобы ему  были
переданы эти записи, но Никсон наотрез отказался это сделать, сославшись
на право "исполнительной власти". Однако, поняв, что у него нет  выбора,
президент предложил конгрессу выдержки из записей. Назначенный для расс-
ледования дела государственный обвинитель Арчибальд Кокс  не  согласился
пойти на уступки.
   Вне себя от гнева, Никсон отстранил Кокса и заменил его "прирученным"
генеральным прокурором Робертом Борком.
   Становилось очевидным, что в этой схватке президенту  не  победить.  В
конце концов все записи оказались в  конгрессе.  Они  свидетельствовали,
что Никсон злоупотребил доверием своего народа.
   К концу февраля 1973 года комиссия по  расследованию  "Уотергейтского
дела" получила все необходимые доказательства вины президента.  Вдобавок
ко всему были обнаружены нарушения в уплате Никсоном  налогов,  а  также
факт использования огромной суммы государственных денег на  обустройство
особняков в штатах Флорида и Калифорния.
   С июня 1974 года Никсон фактически стал узником Белого дома.
   Джон Эрлихман и другие "водопроводчики"  были  обвинены  в  заговоре.
Верховный суд США единодушно вынес решение о том, что Никсон обязан вер-
нуть припрятанные им шестьдесят четыре магнитофонные записи.


   Крах

   9 августа 1974 года стал днем краха правления Никсона. Зная  наверня-
ка, что конгресс объявит импичмент, он подал весьма эмоциональное проше-
ние об отставке. Обиженный и сломленный, Никсон вернулся в  свой  родной
штат.
   Однако со временем плохое забывается и проходит.
   Сегодня многие политологи считают, что Ричард Никсон  был  выдающимся
государственным деятелем. Его возрождение как политика началось уже  че-
рез месяц после ухода из Белого дома, когда его приверженец и последова-
тель Джеральд Форд простил ему все прегрешения на посту президента.
   В последующие годы Никсон пытался смягчить  кошмар  "Уотергеита".  Он
продолжал утверждать, что ему следовало действовать более  решительно  и
он бы справился с создавшейся ситуацией. Он заявлял: "Вспоминая множест-
во запутанных дел и непреодолимых трудностей, поведение окружавших  меня
людей, я теперь ясно осознаю, что совершил ошибку и действовал в те годы
нерешительно и опрометчиво...  Я знаю, что многие честные  люди  считают
мои действия во время "Уотергейта" противозаконными. Теперь  я  понимаю,
что именно мои ошибки и заблуждения  способствовали  формированию  таких
оценок".
   Никсон, представший перед всем миром лжецом и мошенником,  так  и  не
захотел признать своей вины.


   ДЖИН ХАРРИС: Убить любя

   Диета, предложенная врачом из Скарсдейла, вызвала  сенсацию  во  всем
мире. Но эта сенсация была ничто по сравнению с историей самого врача  -
Германа Тарновера.

   Что же заставило скромную директрису школы, любовницу знаменитого ди-
етолога впоследствии превратиться в его убийцу?
   Это дело - одно из самых сенсационных в истории современной  Америки,
а исход судебного процесса по нему до сих пор  вызывает  недовольство  и
сожаление. Отвергнутая любовница знаменитого врача-диетолога из Скарсдейла
настолько запуталась в своей страсти и ревности, что ни одному  писателю
не удалось бы сочинить подобную историю. В этой ужасной драме  смешалось
все - секс, интриги, очарование, причудливые забавы и даже убийство.
   Какой бес вселился в благопристойную пятидесятилетнюю даму и заставил
ее в безумном порыве ревности убить  человека,  которого  считали  своим
спасителем миллионы людей с избыточным весом? Собиралась ли она убить не
его, а себя на его глазах, как уверяла присяжных во время  суда?  Заслу-
женно ли она до сих пор томится в тюрьме?
   На судебном процессе было установлено, что убийство это  преднамерен-
ное. Но, выстрелив в Тарновера, Джин Харрис на  самом  деле  оборвала  и
свою несчастную жизнь.


   "Жердь"

   Герман Тарновер родился 18 марта 1910 года в Бруклине, в Нью-Йорке, в
семье богатого промышленника, занимавшегося производством головных  убо-
ров. В то время, когда в обнищавшем Бруклине многие влачили  жалкое  су-
ществование, семья Тарноверов ни в чем не нуждалась. Даже в годы кризиса
юный Герман с братьями и сестрами был обеспечен всем необходимым.
   Не по годам серьезный подросток с упоением читал классическую литера-
туру и научные трактаты, в то время как  его  легкомысленные  сверстники
развлекались в ресторанах.
   К семнадцати годам он вытянулся до ста  восьмидесяти  сантиметров,  и
приятели прозвали его "Жердь".
   Обучение в колледже в Сиракузах было для Германа детской забавой,  по
всем предметам он всегда получал самые высокие баллы. Затем  талантливый
юноша поступил на медицинский факультет и в 1933 году закончил его,  по-
лучив степень бакалавра медицины.
   Был самый разгар глубокого экономического  кризиса,  и  некоторые  из
коллег его отца, попав под жернова судьбы, свели счеты с жизнью. Но юный
Тарновер знал, что врачи нужны всегда.
   Работать Герман устроился в клинику Белвью в Нью-Йорке. Пичкая  паци-
ентов разнообразными пилюлями, он все свободное время тратил на пополне-
ние своего образования. Медицина  привлекала  молодого  Германа  возмож-
ностью работать в исследовательских лабораториях.
   В 1936 году он получил премию Боуэнса, которую потратил на двухлетнюю
практику в Англии и Голландии. Его особенно заинтересовала  кардиология,
так как в последнее время появился ряд статей с указанием на прямую  за-
висимость состояния организма от питания.
   Затем он вернулся в Америку, но уже не в Нью-Йорк, а в небольшой  го-
родок Скарсдейл, где поселился в престижном квартале.
   Став кардиологом, он открыл новый подход к изучению сердечных  болез-
ней.
   Его доходы постоянно росли, вскоре он стал богатым и  респектабельным
человеком.
   Он был приятным собеседником, о котором писатель Джей  Дэвис  сказал:
"Это был, несомненно, человек с большими запросами. Он  предпочитал  все
самое лучшее - изысканную кухню,  высокое  искусство,  высшее  общество,
красивых и неприступных женщин".
   Когда Америка вступила во вторую мировую воину, Тарновера направили в
армейский госпиталь. После атомной бомбардировки японских городов  Хиро-
симы и Нагасаки его включили в состав группы медиков, работавших в  этих
испепеленных городах.
   После войны Тарновер вернулся в Скарсдейл. Этот тихий, весь в  цветах
городок привлекал разных людей. Туда приехало много молодых пар со  всех
концов США. Они хотели забыть о кошмарах войны и мечтали жить в  мире  и
спокойствии и растить своих детей.
   В Скарсдейл съезжалось также  множество  "белых  воротничков",  чтобы
хоть на время избавиться от суеты больших городов, а порой  и  подлечить
начинающее барахлить сердце.
   В 1975 году Тарновер сформулировал идею,  которая  впоследствии  была
реализована в его диете, позволявшей тучным людям избавиться от  лишнего
веса, не лишая себя своих излюбленных лакомств.


   Подсудимая

   Джин Харрис, урожденная Джин Струвен, выросла во времена  экономичес-
кой депрессии, но родители сумели уберечь ее от лишений. Отец  Джин  был
военным, ее детство и отрочество прошли в Кливленде,  где  она  окончила
лучшую женскую школу штата.
   В годы войны Джин училась в университете, который окончила в 1945 го-
ду со степенью магистра экономики. Ее подруга вспоминает: "Она  верхово-
дила во всем, была милой, очаровательной  девочкой,  прирожденным  лиде-
ром".
   В мае 1946 года Джин вышла замуж за Джеймса Харриса  из  семьи  мичи-
ганских банкиров.
   В 1950 году у нее родился сын, а через четыре  года  -  второй.  Дети
росли, муж преуспевал, но счастливой она себя не чувствовала и постоянно
испытывала какое-то смутное волнение.
   В 1958 году Джин отважилась совершить путешествие в Москву, но верну-
лась еще более несчастной и уставшей.
   После того как ей не удалось занять место завуча  школы  в  пригороде
Детройта, у нее началась депрессия. В довершение всего  в  октябре  1964
года она развелась с мужем.
   Тем не менее Джин продолжала учиться и наконец получила  степень  ма-
гистра педагогики и смогла стать директором частной женской школы в  Фи-
ладельфии. Там она и познакомилась с Тарновером, который стал приглашать
ее в театры, рестораны и, наконец, - в постель.
   Это продолжалось до 1972 года, пока Джин не переехала в  Коннектикут,
где стала работать директором элитарной женской школы.


   Убийство

   Неудивительно, что два таких интеллигентных и одиноких  человека,
как Герман - Тарновер и Джин Харрис, сблизились.
   Но над их идиллическими отношениями висел дамоклов меч - Тарновер
был  убежденным холостяком. Бедняжка Джинн думала, что ей удастся пере-
убедить его. Она страстно желала стать его женой, а он столь же страстно
- остаться по-прежнему холостяком.
   Отношения Джин с Германом стали ухудшаться, когда тот начал ухаживать
за своей ассистенткой Лин Трайфорс.
   Никто не сомневался в том, что именно Джин убила Тарновера - она соз-
налась в этом.
   Десятого марта 1980 года она отправилась в особняк Тарновера в Скарс-
дейле. К десяти часам вечера, вооруженная пистолетом, Джин уже была там.
   Позже Джин заявляла, что хотела покончить с собой, выстрелив в себя у
Тарновера на глазах.
   В спальне Тарновера Джин  увидела  незнакомый  женский  пеньюар.  Это
словно подтолкнуло ее - женщина выстрелила в своего  любовника.  Она  не
стала убегать, скрываться... Просто вышла из дома  и  долго  стояла  под
проливным дождем с букетиком маргариток в руках...
   И только через час подъехал полицейский патруль.
   - Что здесь случилось? - спросил дежурный офицер.
   - Убили доктора, - ответила она.
   - Где он?
   - Наверху.
   - Кто это сделал?
   - Я.
   Ее арестовали.
   Доктор Тарновер был еще жив. В предсмертной агонии он силился  что-то
произнести, но так и не смог. Позже установили, что  он  получил  четыре
пулевых ранения в голову.
   Когда Тарновера проносили мимо, Джин закричала: "С кем ты был  сегод-
ня? С кем ты спал?"
   Герман Тарновер скончался по дороге в клинику.


   Униженная и оскорбленная

   Скромной, почти никому не известной  до  этого  случая  женщине  было
предъявлено обвинение в убийстве, и мир узнал о силе  ее  всепоглощающей
страсти.
   Джин не признавала своей вины. Она заявила на следствии, что приехала
к Герману в тот ужасный вечер с единственной целью - покончить с собой и
что он погиб совершенно случайно, пытаясь ей помешать.
   В своих показаниях на суде она рассказывала о годах  унижений  и  ос-
корблений, о том, как она продолжала ухаживать за домом, зная, что  Тар-
новер стал приводить туда свою молодую ассистентку.  Она  говорила,  что
"Жердь" - она тоже так называла Тарновера - на ее предложение пожениться
отвечал: "Я не нуждаюсь больше в твоей любви".
   Пока он проводил время с Лин, Джин в одиночестве листала страницы его
книги "Диета из Скарсдейла", принесшей Герману славу.
   Она рассказывала: "Когда его цинизм и бесстыдство в отношении к  жен-
щинам переносились и на меня, мне становилось невыносимо больно и я  пы-
талась бороться за свое достоинство. Что мне было делать? Молча уйти или
оставаться и терпеть?"
   Вскоре в бульварной прессе Нью-Йорка стали появляться такие  заголов-
ки: "Джин: убийца или трагическая жертва?"
   Выяснилось, что Тарновер распорядился, чтобы его домохозяйка оборудо-
вала два шкафа - один для соблазнительных ночных нарядов Лин, а другой -
для вещей Джин.
   Во время суда над Джин Харрис всплыло сенсационное "письмо из  Скарс-
дейла": письмо, отправленное Джин своему любовнику в день убийства  Тар-
новера. Оно было зачитано на суде и сильно наэлектризовало публику.
   В письме говорилось: "Я пишу это в состоянии шока - сначала твой  те-
лефонный звонок, сообщивший мне, что ты предпочитаешь общество этой рас-
путной психопатки, потом звонок от декана твоего факультета - из-за все-
го этого я не могу уснуть уже трое суток.
   Мысли мои сбиваются, но я должна сказать тебе  все,  чтобы  заглушить
эту невыносимую боль...
   Получила копию твоего завещания, в котором ты в трех местах собствен-
норучно заменил мое имя именем Лин. Тем самым ты оставляешь ей  четверть
миллиона долларов, а ее детям - по двадцать пять тысяч каждому. Я  же  с
моими мальчиками лишаюсь всего.
   Я этого ожидала, так как хорошо раскусила Лин. Это не твое, а ее  ре-
шение. Она научилась манипулировать тобой. Это крах всех моих надежд  на
протяжении четырнадцати лет.
   Но это на самом деле не так уж важно. Все, чего я  прошу, -  это  быть
рядом с тобой, а если это невозможно, то хотя бы  изредка  видеть  тебя.
Мне в жизни ничего не осталось.
   Наверное, следует одолжить пять тысяч долларов и  обратиться  за  по-
мощью к врачам, чтобы они вернули мне молодость и былую красоту.  Может,
тогда я не буду ощущать себя выброшенной, ненужной вещью".
   История с завещанием могла стать дополнительным мотивом  к  убийству.
Медицинское заключение свидетельствовало, что Джин Харрис последнее вре-
мя держалась на стимуляторах, все увеличивая дозы.
   Большая часть свидетелей утверждала, что ее любовник был бессердечным
циником и получил по заслугам.


   Приговор

   Суд классифицировал убийство как бытовое преступление на  почве  рев-
ности. Но присяжные не были единодушны.
   Адвокаты убедили Джин сделать признание в совершении непредумышленно-
го убийства, уверяя, что на суде она будет оправдана.
   Однако 28 февраля 1981 года суд признал ее виновной  и  приговорил  к
пятнадцати годам тюремного заключения.
   Многие считают это решение судебной ошибкой.
   В тюрьме Джин Харрис перенесла три инфаркта,  ее  близкие  продолжают
подавать прошения о помиловании, беспокоясь о ее здоровье.
   В конце восьмидесятых годов Джин написала книгу о трагической истории
своей жизни, о перенесенных в тюрьме унижениях и лишениях.
   Эти мемуары всколыхнули мощную волну протеста с требованием пересмот-
ра дела Харрис.
   Шейна Александер, написавшая книгу по следам  этой  трагедии,  как-то
заявила в одном из интервью: "В глубине души я понимаю, что  на  вопрос,
поставленный перед присяжными - каковы были истинные намерения Джин в ту
ночь? - однозначно ответить нельзя. Ведь невозможно заглянуть  в  челове-
ческую душу и прочитать чужие мысли".

   ЭДУАРД И ЛИЛИ: Скандал в королевском семействе

   Чопорная мораль викторианской эпохи еще как-то мирилась  с  выходками
принца Уэльского, пока он не выходил за допустимые рамки.  Но  когда  он
объявил красавицу Лили Лэнтри своей официальной любовницей и стал откры-
то появляться с ней в светском обществе, разразился грандиозный скандал.

   Его называли Эдуардом любвеобильным. Это не самое почтенное  прозвище
мало беспокоило самого монарха. Еще меньше короля волновало мнение близ-
ких, пытавшихся помешать его похождениям.
   Эдуард VII был последним представителем "золотого монархического  ве-
ка", окончившегося вместе с первой мировой войной, навсегда  разрушившей
старые устои британского общества.
   Об эре Эдуарда вспоминают как о  временах  крокета,  шумных  балов  и
грандиозных охотничьих забав.
   Люди в те годы стали более раскованными, поспешно избавлялись от вик-
торианской чопорности.
   Скандально известный повеса, Эдуард был склонен к обжорству  и  изли-
шествам. Необузданные сексуальные влечения приводили его не только в бу-
дуары жен своих приятелей, но и в европейские бордели.
   Писатель Генри Джеймс первым окрестил принца Эдуардом  любвеобильным,
и Берти, как звали его друзья и близкие, не  скрывал,  а  даже  гордился
своими любовными победами.
   Мать Эдуарда королева Виктория и отец принц  Альберт  превратили  его
детские годы в сплошной кошмар. По мнению психологов, постоянные  зануд-
ливые наставления о том, как должен себя вести член королевской фамилии,
вызывали в мальчике внутренний протест, который с годами  переродился  в
необузданную страсть к прекрасному полу.
   Принц Уэльский - таким титулом Эдуард обладал до вступления на трон -
отверг пуританские принципы родителей. Он жил в свое удовольствие, попи-
рая все моральные устои.
   Его жизнь протекала в увеселительных путешествиях по  Европе,  пышных
обедах, бесконечных карточных сражениях и в развлечениях  на  охоте.  Он
увлекался парусным спортом, обожал театр и,  как  утверждают  свидетели,
никогда не забывал о плотских утехах.
   Он познал женщин в  девятнадцатилетнем  возрасте,  во  время  военной
службы в Ирландии. Дружки-офицеры подложили ему в постель актрису  Нелли
Клифден. С этого дня и началась веселая и беспутная жизнь Верти.
   Азартные игры и женщины создавали будущему монарху  массу  проблем  и
неприятностей.
   Два раза страна была свидетелем его скандального поведения на суде  -
пока только в роли свидетеля. В первый раз из-за ссоры за карточным сто-
лом, во второй - из-за леди Гарриет Мордаунт, которая  заявила,  что  ее
сын, родившийся слепым, божья кара за ее измены мужу, в  том  числе  и с
принцем Эдуардом.
   Сам принц уверял, что никогда не был ее любовником, но и по сей  день
все считают, что к многочисленным грехам он добавил  тогда  и  лжесвиде-
тельство.


   Лили с острова Джерси

   Эдуарду исполнилось тридцать шесть лет, когда его судьба  пересеклась
с судьбой женщины по имени Лили Лэнтри. Он познакомился с ней на ужине у
своего лондонского приятеля, холостяка сэра Аллана Янга, и вскоре  моло-
дые люди стали неразлучны.
   Британское общество было возмущено. Принцу, как и  другим  аристокра-
там, не возбранялось иметь любовницу, но было совершенно недопустимо по-
являться с этой дамой в высшем обществе. Обычно позволялось брать любов-
ниц лишь в частные клубы и на неофициальные  обеды,  чтобы  не  вызывать
кривотолков.
   Выставив Лили напоказ, Эдуард бросил вызов британскому истеблишменту.
В течение десяти лет его связь с актрисой шокировала Европу и весь арис-
тократический мир.
   Говорят, что в Виндзорском замке до сих пор  ему  не  могут  простить
столь безнравственного поступка.
   Чтобы пресечь позорное поведение сына, родители настояли на его браке
с датской принцессой Александрой. Но даже после свадьбы принц  продолжал
вести разгульную жизнь.
   У Эдуарда не было государственных обязанностей - его мать не  собира-
лась оставлять трон, - и он все чаще бросался в пучину наслаждений,  нис-
колько не сдерживая себя.
   Лили для лондонского высшего света была загадкой. Называя себя актри-
сой, единственная дочь Уильяма Корбе, занимавшего в Джерси довольно  вы-
сокий духовный пост, сбежала из дому в надежде обрести свободу,  счастье
и богатство.
   Видимо, на характер Лили оказал большое влияние отец. Из-за несконча-
емых любовных похождений его прозвали на острове "порочным священником".
Забавно, но первым поклонником его дочери оказался внебрачный сын самого
Корбе.
   Единственной мечтой Лили было стремление избавиться от унылой, безра-
достной жизни в родительском доме и попытаться  использовать  для  этого
свою внешность.
   А она действительно была неотразима. Строгий греческий  профиль,  ог-
ромные выразительные глаза цвета весенних фиалок, роскошные  шелковистые
волосы как магнит привлекали взоры мужчин.
   Чего стоила одна только сверхоригинальная прическа Лили,  отвергавшая
все каноны моды того времени.
   Один из писателей сказал о ней: "Лили никогда не носила корсетов. Мо-
жет, поэтому она была одновременно похожа на греческую богиню и на  зем-
ную крестьянскую девушку и напоминала мраморную статуэтку".
   Юная красавица вышла замуж за Эдуарда Лэнтри, сына преуспевающего су-
довладельца из Белфаста, приехавшего на Джерси,  чтобы  насладиться  его
чудесной природой, а заодно и  промотать  отцовские  деньги  на  местных
красоток. Его пленила красота Лили, и он предложил ей руку и сердце.
   Она согласилась, и после венчания молодые уехали в Англию. Лили  была
уверена, что там ее ждут успех, слава и богатство.
   Она рассчитывала блеснуть перед высшим светом, появившись с мужем  на
приеме у известной в Лондоне леди Себрайт. Но тогда Лили показалась всем
тусклой провинциальной звездочкой. Лишь один  из  гостей  леди  Себрайт,
Фрэнк Майлз, глядя на Лили, понял, что со временем  она  сможет  многого
добиться благодаря своей красоте.
   Не исключено, что молодая женщина вскоре попадет в  ряды  "профессио-
нальных красавиц".
   "Профессиональными красавицами" в то время называли дам  аристократи-
ческого происхождения, которые фотографировались  в  приличных,  но  до-
вольно соблазнительных позах. Эти фотографии продавались потом  по  всей
Британии для развлечения простого народа.
   В тот вечер, когда Лили была представлена принцу, она уже  входила  в
число "профессиональных красавиц".


   Знакомство

   Во время светского ужина принц наклонился к Лили и прошептал,  что  в
жизни она намного привлекательнее, чем на открытках.
   Большой ценитель женской красоты, он заметил, что ни одно из  изобра-
жений не передает ее "небесные черты". Через неделю они стали любовника-
ми. Во время их первого свидания Эдуард уже был отцом троих детей. Принц
считал викторианские моральные запреты лицемерными, а  лицемеров  он  не
выносил, хотя, как это часто случается, сам был ярким их представителем.
   Эдуард слыл любящим и заботливым отцом и этим старался искупить  свою
вину перед женой. Он не скрывал от Александры любовные интриги с другими
женщинами. Она же относилась к мужу снисходительно и смотрела на его по-
хождения как на шалости вздорного мальчишки.
   Однако отношения принца с Лили вовсе не походили на обычные  амуры  с
другими аристократками. Эдуард стал настаивать на том, чтобы их  приняло
общество и Лили стала его "официальной" любовницей. Он брал ее  с  собой
на публичные зрелища, на скачки. В Борнмуте он устроил любовное гнездыш-
ко, в котором одно время проводил каждый уик-энд. Однажды  в  знаменитом
парижском ресторане "Максим" он при всех поцеловал ее в губы. Если  мис-
сис Лэнтри не упоминалась в приглашениях на балы и приемы, то Эдуард сам
вписывал в карточку ее имя и всегда брал с собой.
   Он даже представил любовницу своей жене и  королеве-матери  в  Бэкин-
гемском дворце, так как им  ужасно  захотелось  увидеть  особу,  имевшую
столь большое влияние на принца.
   Вместе с Лили Эдуард путешествовал по Европе и останавливался в  рос-
кошнейших апартаментах лучших отелей Парижа и Монте-Карло.
   Обманутый женой, Эдуард Лэнтри от унижения и обиды погряз  в  беспро-
будном пьянстве, залез в огромные долги.
   Два года английское общество с любопытством ожидало, что же последует
за каждой новой выходкой принца. И дождалось. Однажды вечером,  находясь
в лондонском особняке Эдуарда, Лили почувствовала недомогание. Принцесса
Александра пригласила врача, который после осмотра сообщил Эдуарду и его
жене, что Лили ждет ребенка.
   До сих пор ходят слухи, что девочка, которую  Лили  тайно  родила  во
Франции и назвала Жанна-Мари, была дочерью Берти.
   Однако существовала и другая  версия,  сейчас  почти  забытая.  Лили,
вступив в связь с Эдуардом, якобы имела и другого любовника, юного прин-
ца Луи Баттенбергского.
   В королевской семье считают, что целых полтора года обе любовные инт-
риги развивались одновременно.
   Как бы то ни было, но Лили скрывала, что у нее есть дочь, и  называла
девочку своей племянницей, утверждая, что это дочь ее брата, умершего  в
Индии.


   Из постели на сцену

   Интерес публики к Лили после рождения ребенка стал угасать.  В  соот-
ветствии с нормами того времени, родами она очень разочаровала своих по-
читателей и была изгнана из общества "профессиональных красавиц", в  ко-
тором долгое время занимала одно из главных мест.
   Однако театральные критики этот восторг не разделяли. Один из извест-
нейших обозревателей того времени  отмечал:  "У  нее  мало  таланта,  не
больше чем у хорошего актера-любителя".
   А сатирический журнал "Панч" написал о Лили так:  "Ей,  как  новичку,
следует сначала подучиться и освоить основы актерского  мастерства".  Но
жестче всех об этом событии написала "Тайме": "Публика выбросила  деньги
на ветер".
   Однако принц продолжал покровительствовать Лили и встречаться с  ней.
Но в конце концов и он отдалился от нее. Утверждают, что с  его  помощью
она вернулась на сцену, о которой всегда втайне мечтала.
   Актерский дебют Лили состоялся 15 декабря 1881 года. Она сыграла роль
Кейт Хардкасл в пьесе "По ступеням власти".
   Принц Уэльский, его супруга и представители высшего  лондонского  об-
щества, присутствовавшие на спектакле, бурно аплодировали Лили, вызывали
ее на "бис".
   Несмотря на издевки и насмешки критиков, "Лили из Джерси" - так проз-
вала ее публика - продолжала свою театральную карьеру.
   Смакуя подробности скандала в благородном королевском семействе, аме-
риканцы хлынули в Англию, став ярыми поклонниками актрисы. Во  время  ее
гастролей они штурмом брали театры.
   За пять лет Лили стала самой знаменитой актрисой того времени. В 1882
году она с огромным успехом выступила в Нью-Йорке. Ее известность и  бо-
гатство росли как снежный ком.
   Гастроли по Европе, Америке, Британии не улучшили  отношений  Лили  с
принцем, но он, похоже, был счастлив, что его бывшей  любовнице  удалось
прославиться на сцене. Эдуарда всегда восхищали богатство и  красота,  а
сочетание того и другого в Лили было просто неотразимым.
   В 1975 году была опубликована королевская переписка. Весь мир узнал о
глубине и силе чувства, которое испытывал Эдуард  к  Лили,  о  том,  что
принц всегда думал, как открыть ей путь к славе и богатству.
   Во время визита королевской семьи в Швецию Эдуард писал ей  из  Сток-
гольма: "Я счастлив слышать о том, что Вы снова на вершине славы, и иск-
ренне желаю Вам дальнейших успехов на сцене, хотя  и  опасаюсь  за  Ваше
здоровье - ведь Ваш труд очень нелегкий. Мне было приятно ознакомиться с
географией Ваших гастролей. Будучи частым  гостем  шведского  короля,  я
рассказал ему о Ваших успехах, и он лично просил меня не забывать вас  и
поддерживать. Он желает Вам успеха в актерской карьере".
   С годами эта связь стала угасать. Но Лили сохранила дружеские отноше-
ния с принцем до конца своих дней.
   У него появились новые любовницы, среди которых  была  и  легендарная
французская актриса Сара Бернар.
   Лили  находила  утешение  в  объятиях  богатых   аристократов.   Даже
премьер-министр Глэдстоун был одним из ее страстных поклонников.
   В 1897 году Лили Лэнтри вышла замуж за Хьюго де Бата, с которым  поз-
накомилась несколько лет назад. В 1907 году ее муж получил титул барона,
и актриса стала баронессой - леди де Бат.
   Она была современницей "золотого века монархов" и  свидетелем  первой
мировой войны, приведшей к огромным потерям и страданиям.
   Лили говорила, что ее сердце обливается кровью, когда она видит,  как
гибнут тысячи молодых людей.
   После войны здоровье леди де Бат стало резко ухудшаться, и в 1929 го-
ду она умерла.
   Ее похоронили рядом с отцом на церковном кладбище на острове Джерси.
   Эдуард Лэнтри, первый муж Лили, закончил свою жизнь в психиатрической
клинике в Честере.
   Он был лунатиком и однажды ночью забрел на железнодорожные пути,  где
его нашли в бессознательном состоянии с тяжелыми травмами черепа.


   ЮНИТИ МИТФОРД: Английская роза фюрера

   В тридцатые годы нашего столетия, когда над миром нависла угроза вто-
рой мировой войны, английская аристократка увлеклась нацистскими  идеями
и стала ярой поклонницей Адольфа Гитлера. Ее фанатизм завершился  траге-
дией в мюнхенском парке.

   Жизнь в окружении Адольфа Гитлера напоминала театр абсурда. Абсолютно
нормальные люди вдруг совершали безумства, спартанская сдержанность сме-
нялась изысканной роскошью. Люди, толпившиеся вокруг  фюрера,  словно  в
крутом зеркале отражали безумие той эпохи.
   Среди фанатичных приспешников Гитлера  оказалась  и  одна  английская
аристократка. Она организовала кружок  поклонников  фюрера.  Даму  звали
Юнити Валькирия Фримен-Митфорд. Она стала ярой сторонницей нацистов, хо-
тя ее страстные восхваления фюрера у соотечественников вызывали отвраще-
ние.
   Трудно что-либо придумать абсурднее  подобной  ситуации:  захвативший
власть безродный австрийский ефрейтор, одержимый  национал-социалистской
идеей, и дочь всеми уважаемых аристократов, чьи семейные корни уходили в
глубину столетий. Казалось бы, что могло быть между ними общего?  А  оно
было. И называлось коротким и емким словом: антисемитизм.
   Ослепленная ненавистью к евреям, загипнотизированная "великим" учени-
ем фюрера, который поклялся "быстро решить  еврейскую  проблему",  Юниги
Фримен Митфорд призывала английский народ склонить голову перед немецким
вождем - новоявленным мессией, а не сражаться с ним.
   "Я ни от кого не скрываю своей ненависти к евреям, - писала она в  на-
цистской газете "Штурмер". - Англия -  дня  англичан.  Евреи,  убирайтесь
вон! Хайль Гитлер!"
   За короткое время леди Юнити приобрела огромное влияние на германско-
го фюрера, вынашивавшего планы самой разрушительной и жестокой из войн в
истории человечества. Однако ее иллюзии развеялись так же быстро, как  и
возникли. Вторжение гитлеровских войск в Польшу в 1939 году охладило пыл
одержимой проповедницы нацизма. Зловещая тень свастики нависла не только
над добропорядочными немцами, над обреченными на уничтожение евреями, но
и над чопорными англичанами.
   Через несколько дней после начала второй мировой войны Юнити  попыта-
лась застрелиться. Врачи спасли ее, но  ранение  было  очень  серьезным,
Юнити уже никогда не смогла оправиться от него, проведя в мучениях  пос-
ледние восемь лет своей жизни. Ее жизненный путь  от  светской  дамы  из
высшего английского общества до фанатичной нацистки - одна из самых  за-
гадочных историй того неспокойного времени.


   Аристократы

   Все началось в августе 1914 года, с  началом  первой  мировой  воины.
Семья Юнити была верна старым британским традициям, ее устои являли  со-
бой странное смешение викторианской морали и  ценностей  эпохи  Эдуарда.
Отец, лорд Ридсдейл, тщательно оберегал эти традиции. Он  старался  при-
вить Юнити, ее сестрам и брату уважение к многовековым  британским  цен-
ностям.
   Девицы Митфорд были очень талантливы. Диана  вышла  замуж  за  фюрера
британских нацистов Освальда Мосли. Нэнси, как и Джессика,  стала  писа-
тельницей, автором множества книг, в том числе и популярного романа "Лю-
бовь на досуге". Только скандальная известность Юнити стала позором  для
семьи. Однако никто из сестер не мог повлиять на нее, так как они не бы-
ли по-настоящему близки.
   Юнити воспитывалась в основном дома, в графстве Оксфордшир. Ее  обра-
зованием занимались мать и гувернантки. Подростком она любила шумные ве-
черинки и часто проказничала. Ее любимая шутка -  вытащить  на  светском
балу своего кота из сумки и гладить его на глазах у шокированных гостей.
   Она жила в мире, в котором не было ни забот, ни проблем. В  то  время
как многие страны охватил крупнейший  в  истории  экономический  кризис,
Юнити этого даже не заметила и продолжала жить  обычной  жизнью  молодой
светской  дамы.  Однако  в  1932  году,  не  без  участия  новоявленного
родственника Освальда Мосли, ее очаровали нацистские идеи, и  это  резко
изменило ее безмятежное существование.
   Освальд Мосли вместе со своими  чернорубашечниками  олицетворял  бри-
танский вариант фашизма, семена которого были посеяны в  Италии,  Герма-
нии, а затем в Испании. Многим, кто отвергал коммунизм, так же как и от-
жившие старые монархические режимы, фашизм казался более привлекательным
и жизнеспособным.


   Приманка

   Вместе со своей сестрой Дианой Юнити не задумываясь  вступила  в  на-
цистскую партию. В августе 1933 года в качестве  члена  делегации  Союза
британских фашистов она присутствовала на грандиозном шоу  в  Нюрнберге,
устроенном Гитлером в честь своего прихода к власти.
   Глядя на ярко освещенный стадион, пылающие факелы в  руках  штурмови-
ков, огромные колонны марширующих, горланящих песни нацистов, Юнити ощу-
щала неописуемый восторг. Она стала верить в нацистские идеи как в хрис-
тианские заповеди.
   На фотографиях тех лет ее можно увидеть рядом с лордом Уильямом Джой-
сом, известным в Англии подобострастным поклонником нацистов.  Позже  он
был расстрелян союзниками за измену. Она также фотографировалась со мно-
гими нацистскими лидерами. Но только один из них, сумевший  загипнотизи-
ровать миллионы людей, стал ее кумиром и  божеством.  "Когда  я  впервые
увидела Адольфа Гитлера, я поняла, что во что бы то ни стало должна поз-
накомиться с ним", - говорила она.
   Вернувшись в Англию, Юнити стала знаменитостью. Гитлер со своими уси-
ками щеточкой и асимметричной прической напоминал  англичанам  какого-то
шута. И когда молодая красивая англичанка с восторгом рассказывала,  как
она очарована им, это служило поводом для бесконечных насмешек  и  спле-
тен. На одной из карикатур в газете "Ньюс кроникл" Юнити изобразили пря-
чущейся за спину фюрера. Подпись гласила: "Вам не удастся  безнаказанно
критиковать Юнити. Если вы попытаетесь унизить  ее,  то  ответите  перед
Гитлером!"
   Юнити было всего девятнадцать лет, и она с головой окунулась в нацио-
нал-социализм. Она уговорила отца послать ее заканчивать школу  в Герма-
нию, чтобы получить возможность встретиться с самим фюрером.
   Вооружившись английским переводом "Майн кампф", этим "новым  заветом"
нацистов, Юнити прибыла в Мюнхен. В школе, руководимой баронессой Ларош,
юных воспитанниц готовили к блестящей светской жизни.
   Но Юнити меньше всего интересовали занятия. "Для нее это был шанс по-
пасться на глаза Гитлеру, - отмечал подробно описавший ее жизнь  писатель
Дэвид Прайс Джонс. - И Юнити  старалась  использовать  его  с  упорством,
сравнимым разве что с фанатизмом обезумевших поклонниц, которые гоняются
за любимой поп-звездой".
   По характеру Митфорды были людьми жестокими. Эта  жестокость  скрыва-
лась за светским лоском, но те, кому случалось испортить отношения с се-
мейкой, очень быстро ощущали ее на себе.
   Они принадлежали к ветви старинной английской знати, идущей от герцо-
га Виндзорского, и неудивительно, что зародыш британского  фашизма  раз-
вился именно в их чреве.
   В Мюнхене Юнити первым делом узнала, где любит бывать фюрер. Она дол-
го прикидывала, где лучше предстать перед великим гением, и наконец  ос-
тановилась на ресторане "Восточная Бавария". Никто не  имел  представле-
ния, когда  фюрер  заявится  в  этот  ресторан  выпить  рюмочку  старого
рейнского вина или кружку пива, но Юнити умела ждать.


   Судьбоносная встреча

   Суббота 9 февраля 1935 года стала днем, когда фортуна улыбнулась Юни-
ти. Во время обеда в ресторане в сопровождении своей свиты Гитлер  обра-
тил внимание на хрупкую блондинку, пожиравшую его глазами,  и  пригласил
ее за свой столик. Подруга Юнити Мери позже записала в  своем  дневнике:
"Гитлер пригласил Юнити за свой столик, и она обедала рядом с ним! Юнити
была на небесах от счастья!"
   Юнити говорила Мери и другим школьным подругам, что  отныне  кавалеры
перестали ее интересовать.
   Гитлер стал для нее идеалом политика, я возможно, как утверждали оче-
видцы, и мужчины.
   Дочь нацистского фотографа фон Ширак вспоминала, как был увлечен Гит-
лер "дочерью английского лорда". Она рассказывала, что  Юнити,  несмотря
на плохое знание немецкого, удалось оказаться в окружении фюрера.
   Это вызвало протест Рудольфа Гесса, опасавшегося, что девушка -  анг-
лийская шпионка.
   Однако Гитлер отказывался даже думать,  что  Юнити  может  заниматься
шпионажем. Он доверял своему интуитивному чутью на преданных людей и ис-
пользовал девушку для распространения нацистских идей в Британии.
   Юнити переехала жить в студенческое общежитие Мюнхенского университе-
та. Она ежедневно покупала нацистский журнал "Штурмер"  с  карикатурами,
изображавшими евреев в виде свиней и крыс,  и  уставила  свой  туалетный
столик не фотографиями кинозвезд, а портретами нацистских лидеров. И еще
она с упоением углубилась в изучение трудов Альфреда Розенберга,  одного
из главных фашистских идеологов.
   Английские журналисты с удивлением узнали, какой яркий факел в  честь
фюрера пылает в душе у Юнити. Корреспондент "Санди экспресс" взял у  нее
интервью о жизни в Германии.
   Он вспоминал: "Когда Юнити рассказывала о Гитлере, в ее глазах  заго-
рался огонь неистовой веры и поклонения. Часы,  проведенные  в  обществе
диктатора, она называла самыми счастливыми в ее жизни. Она искренне счи-
тала, что германской нации необыкновенно повезло на выдающегося вождя.
   Когда я уходил из ее комнаты в студенческом общежитии,  она  вскинула
руку в нацистском приветствии и прокричала: "Хайль Гитлер!"


   Окруженная презрением

   Многие считали Юнити наивной молодой женщиной, которая, пытаясь иску-
пить вину аристократии перед народом, вырядилась в тогу  национал-социа-
лизма. Утверждают, что Юнити ничего не знала о нюрнбергских законах, ли-
шивших евреев гражданских прав, о концлагерях,  в  которых  уничтожались
политические противники нацистов.
   Тем не менее существует мнение, что она была хорошо осведомлена о це-
лях и средствах нацистов и именно это привлекло ее в их движение.
   Юнити стала известной личностью в окружении Гитлера.
   Летом 1936 года она  обратилась  к  огромной  аудитории,  собравшейся
вблизи Нюрнберга. В своем выступлении английская  аристократка  с  пылом
убеждала публику принять идеи нацизма. Она заявила, что  Дахау  -  самое
подходящее место для евреев и что только Гитлер способен подчинить  "не-
полноценные расы" Востока своей воле.
   В Англии Юнити очень скоро перестала вызывать любопытство.  Вслед  ей
посылались лишь насмешки и ругательства.
   Когда Юнити выступала в Гайд-парке на фашистском митинге, ей пришлось
обратиться за помощью к полиции:  возмущенная  толпа  зрителей  угрожала
проповеднице нацизма расправой.
   И в то же время нельзя сказать, что Юнити не  была  патриоткой  своей
страны. Она горячо любила Англию и утверждала, что фашизм - единственная
политическая система, способная спасти раздробленную Европу. "Я в отчая-
нии от ухудшения отношений между моей страной и Германией", -  с  горечью
провозглашала она в Гайд-парке, разрываясь от  любви  к  двум  непохожим
флагам и несовместимым философиям.


   Протеже Гитлера

   В 1936 году Юнити снова вернулась в Германию. Гитлер пригласил ее  на
один из крупнейших музыкальных фестивалей в Европе. Он  хотел  использо-
вать фестиваль в политических целях, превратив его в рекламное шоу  "но-
вого германского искусства".
   Однако после прихода фюрера к власти искусство в  Германии  приобрело
уродливые формы. Подлинных ценителей могла привлечь лишь музыка Вагнера,
но и ее нацисты стремились использовать для  утверждения  величия  новой
Германии.
   Один из ближайших соратников Гитлера Альберт Шпеер отмечал, что Юнити
была в восторге от фюрера, а тот - от нее. "Гитлер обожал  ее, -  говорил
Шпеер. Он был благородным рыцарем и мог позволить лишь взять  ее  руку  в
свою. Она была единственной женщиной, к мнению которой  он   прислушивал-
ся...
   В беседах за чаем она всегда отстаивала свои взгляды и пыталась  убе-
дить Гитлера считаться с ее мнением. Он, в свою очередь, был  сдержан  и
внимателен к ее словам".
   Гитлер поселил Юнити в прекрасном особняке и каждый день  посылал  за
ней автомобиль с эсэсовцами. За чаем с его любимыми заварными  пирожными
он с удовольствием беседовал с очаровательной англичанкой.
   Юнити даже удостоилась чести посетить "Орлиное  гнездо"  -  небольшой
домик Гитлера высоко в горах. Общение с ней помогало ему  быть  в  курсе
британской политики.
   О чем Юнити говорила с фюрером во время частных бесед,  можно  только
догадываться. Однако к тому времени она уже была убежденной нацисткой  и
во всем соглашалась со своим кумиром.
   Историки считают, что хотя Юнити и мечтала оказаться в его  объятиях,
Гитлер никогда не изменял своей любовнице Еве Браун и эти две женщины не
были знакомы. Как и Шпеер,  исследователи  деятельности  Союза  фашистов
Британии тоже уверены, что ее увлечение фюрером не переросло в  любовную
связь. Ева знала о существовании Юнити и ужасно ревновала Гитлера к ней.
Однажды  в  порыве  гнева  она  обозвала  Юнити  "проклятой   английской
ведьмой".
   Летом 1939 года в Европе стояла сильная жара. Юнити переехала в  Мюн-
хен. Она жила в роскошном особняке на знаменитой Агнесштрассе, в  центре
города. Личный секретарь Гитлера Мартин Борман получил  от  него  приказ
устроить леди Митфорд как можно лучше и четко выполнил его.


   Роковое решение

   Юнити вернулась в Англию, чтобы  приобрести  для  своего  мюнхенского
гнездышка обстановку в английском стиле. В то время, когда она пересека-
ла Ла-Манш, у Гитлера уже был готов план захвата Польши.
   Юнити не представляла, что война рядом. На ее глазах войска рейха по-
кончили с суверенитетом Австрии и Чехословакии. Она легко примирилась  с
идеей "восстановления справедливости", но с прямой агрессией примириться
было сложнее.
   За два дня до вторжения в Польшу немецких войск  Юнити  обратилась  к
британскому послу в Берлине с просьбой дать немцам гарантии,  что  Вели-
кобритания не вступит в войну. Однако посол и слушать ее не  захотел,  и
Юнити впала в депрессию. Сама того не желая, она  оказалась  между  двух
огней: преклонением перед фашизмом с его идеологией войны и  порабощения
и любовью к родной стране, вступившей с фашизмом в  вооруженную  борьбу.
Необходимо было сделать выбор.
   Когда Англия объявила войну Германии, Юнити отправилась к  гауляйтеру
Мюнхена Адольфу Вагнеру и вручила ему коричневый конверт.  Позже  Вагнер
вспоминал: "Она рыдала и не могла говорить. В конверте был ее значок на-
цистской партии, фотография Гитлера и письмо фюреру, в котором она сооб-
щала о своем решении  расстаться с жизнью". Захватив пистолет, она прие-
хала в парк в центре Мюнхена и в стиле  романтических  историй  прошлого
века выстрелила себе в висок.
   Служители парка нашли Юнити, чудом оставшуюся в живых, и доставили  в
университетскую клинику, где лучшие хирурги Германии по приказу  Гитлера
пытались спасти ее. Фюрер был рядом с ней целые сутки. Очевидцы  утверж-
дают, что никогда не видели его таким подавленным.
   Через германские секретные службы в Швейцарии он сообщил о случившем-
ся ее родителям в Англию.
   8 ноября 1939 года Гитлер увидел Юнити в последний раз. На его глазах
появились слезы. Юнити попросила, чтобы ее отправили на  родину.  Гитлер
согласился, заметив, что это правильное решение, но посоветовал  немного
подождать, чтобы набраться сил.


   Дорога домой

   После завершения оккупации Франции и соседних государств Гитлер  при-
казал переоборудовать железнодорожный вагон в передвижной госпиталь. За-
тем отправил Юнити в сопровождении своих личных врачей в Цюрих,  где  их
уже ждал английский врач. Они пересекли Францию и морем добрались до по-
бережья Британии, где дочь встретил лорд Ридсдейл.
   Юнити вернулась на родину, которая ее отвергла.
   Так закончилась история удивительных отношений между английской  леди
и Гитлером.
   В отличие от всех, кто окружал фюрера, Юнити вела  себя  сравнительно
независимо и смело. Преклоняясь перед гением Гитлера, в своей  душе  она
хранила верность старым британским традициям. Юнити не  смогла  предуга-
дать, в какую кровавую пропасть Гитлер приведет мир.
   Прибытие Юнити в Фолкстоун вызвало  всеобщее  негодование.  Чтобы  не
возникло эксцессов, ее встречал вооруженный караул. Из толпы раздавались
крики с требованием ее ареста. Но ей удалось избежать судебного  пресле-
дования.
   Тяжело больная, Юнити поселилась на шотландском острове,  принадлежа-
щем их семье.
   Говорят, что Гитлер еще долго вспоминал о своей английской поклоннице
и переживал из-за ее попытки самоубийства. Когда Мюнхен  подвергся  воз-
душному налету союзников, он приказал сделать все,  чтобы  сохранить  ее
дом и вещи.
   После кончины Юнити Митфорд многие полагали, что в  конце  жизни  она
окончательно освободилась от чар этого злого гения.
   Однако существует и другая версия. В период  боевых  действий  против
Великобритании нацисты подвергли город Ковентри жесточайшей бомбардиров-
ке. Во время варварского налета был разрушен  старинный  собор,  погибли
сотни мирных жителей. Как отреагировала на сообщение об этом акте ванда-
лизма прикованная к постели Юнити? Она  с  горечью  воскликнула:  "Какая
трагедия! Мы потеряли двадцать лучших бомбардировщиков!"
   Вряд ли это похоже на раскаяние.


   ГРЕШНИКИ В АДУ: Интимные откровения

   Женские чары разрушили много семей и сломали не  меньше  карьер.  Же-
нитьба на обольстительных красавицах часто приводила к трагической  раз-
вязке. А когда интимные подробности  становятся  известны  публике,  то,
невзирая на заслуги, начинается настоящая травля бывших кумиров.

   Что, казалось бы, общего между евангелистом Джимми Свагтартом с  Биб-
лией в руке, могущественным магнатом Дональдом Трампом и мечтавшим  ока-
заться в Белом доме Гарри Хартом?
   Все они стали жертвами порочной страсти, болезни, поражающей  еписко-
пов и боксеров, миллионеров и политиков. Она превращает нормальных людей
в сексуально озабоченных рабов. Они  уже  не  думают  о  возможных  пос-
ледствиях и, рискуя потерять все, бросаются в омут любовных приключений.
   Из-за этой болезни Харт потерял шанс стать президентом. Актер Роб Ло-
уи испортил себе карьеру и  репутацию.  Дональд  Трамп  за  удовольствие
развлечься с красоткой Марлой Маплз лишился почти двадцати пяти  миллио-
нов долларов.


   Отвергнутый политик

   В 1987 году сенатор Гарри Харт, связавшись  с  очаровательной  Донной
Раис, лишился возможности стать хозяином Белого дома. Сама Донна, в  от-
личие от своих "соратниц", сумела остаться в тени, укрывшись в  солидной
фирме по производству джинсов. Длинноногая  эффектная  блондинка  сейчас
совершенствует свое актерское мастерство в небольшом местном театре, за-
нимается благотворительной деятельностью, помогая больным и инвалидам.
   Донна смогла извлечь урок  из  случившегося,  он  явно  пошел  ей  на
пользу. Строгий нрав и достойная жизнь вернули ей уважение друзей и зна-
комых.
   К тому же, в отличие от некоторых, Донна  не  наживается  на  прошлых
грехах. Она скромно живет с семьей вблизи Вашингтона, помогая соседям по
хозяйству и тем зарабатывая себе на жизнь.
   После случая с Донной Раис Харт тщательно скрывает подробности  своей
личной жизни. Зажигательная блондинка была не первым увлечением  бывшего
сенатора. Он даже не скрывает, что изменял жене во время отлучек из  до-
ма.
   Журналисты раскопали, что в свое время Харт был близок с домохозяйкой
Дианой Филлипс. Ее сменила Лин Картер - особа, известная в  политических
кругах штата Айова. Во время президентской  кампании  один  из  журналов
упомянул о связи сенатора с "эффектной разведенной дамой", которую  Харт
называл своим "духовным наставником". Внимание прессы привлекла и  инди-
анка Мэрилин Янгберд. Она рассказала журналистам, что была с  Хартом  на
празднике индейцев племени команчи и они "лихо отплясывали в нарядах  из
орлиных перьев... И это так возбуждало!"
   Когда Харт понял, что репутация дамского угодника закроет ему путь  в
Белый дом, он предпринял необычный шаг, потребовав от  прессы  перестать
поливать его грязью, провести объективное  расследование  и  представить
его публике как серьезного и порядочного семьянина.
   Газета "Майами геральд" откликнулась на предложение  Харта  и  начала
журналистское расследование. Вот тогда-то и всплыла история его  отноше-
ний с Донной Раис. Это ошеломило Америку. Все  узнали,  что  кандидат  в
президенты и его длинноногая подружка были любовниками уже четыре месяца
и что Харт даже плавал с нею на яхте по Карибскому морю.
   Харт все упорно отрицал. Его жена выступила в поддержку мужа. Но дело
было сделано, и популярность сенатора резко упала.  Избиратели  отвергли
его, и его политической карьере пришел конец.


   Кинозвезды в постели

   Шестнадцатилетняя красотка Джен Парсон не собиралась заводить  семью,
думать об этом ей было рановато. Но, как говорится, любви  все  возрасты
покорны. В 1989 году, когда в Атланте проходил съезд демократов, Джен  с
подружкой решила заняться любовью втроем с актером Лоуи. Их пьяная оргия
была запечатлена на видеокассете. Лоуи решением судьи был наказан сутка-
ми общественных работ, Джен после случившегося скандала  исчезла.  Потом
устроилась в салон красоты, и о ее нынешних подвигах ничего не известно.
   Девушку часто видели на сцене ночного клуба в Атланте, она  связалась
с любителями извращенного секса и сатанинских ритуалов.
   Что касается Лоуи, который к тому времени уже получил широкую извест-
ность, снявшись в нескольких фильмах, то после скандала с групповым сек-
сом его карьера рухнула.
   Случай с Лоуи был не первым, когда голливудские  звезды  гасли  после
встреч с роковыми обольстительницами. Но самым возмутительным был  скан-
дал с суперзвездой Эрролом Флинном. Ему было всего  тридцать  три  года,
когда семнадцатилетняя Бетти Хансен и  шестнадцатилетняя  Пегги  Сатерли
заявили в полицию Голливуда, что Флинн их изнасиловал. Это полностью пе-
речеркнуло его блистательную актерскую карьеру.
   "Меня обвинили в  сексуальных  преступлениях, -  говорил  Флинн  после
осуждения за изнасилование. - Я знал, что останусь с этим клеймом навечно
и меня всегда будут вспоминать, когда речь зайдет о подобных  преступле-
ниях".
   Флинн был прав. Даже если бы ему удалось выиграть  судебный  процесс,
то все равно в глазах окружающих он  остался  бы  виновным.  Отчаявшийся
австралиец потерял опору в жизни и стал опускаться.
   Сексуальные подвиги Флинна начались еще в юности. В семнадцать лет он
бросил школу. "Меня застукали с дочкой прачки", писал он в своем бестсел-
лере "Мои грехи".
   Потом он отправился в Голливуд и очень скоро приобрел репутацию неот-
разимого жеребца с мужественным взглядом и ковбойской улыбкой. Флинн на-
зывал себя "ходячим символом плоти". "Он тасовал женщин как колоду карт,
и горничные в отелях едва успевали менять простыни", -  рассказывала  его
вторая жена Нора Эддингтон.
   Драки, пьянство и женщины - вот вся жизнь Флинна  в  Голливуде.  Даже
свою яхту он назвал "Цирроз на море", а его особняк превратился в  заве-
дение для оргий с многочисленными зеркалами во всех комнатах.
   Флинн позже напишет, что когда он во время суда смотрел на  волосатые
ноги Бетти Хансен, то думал: " Я знаю, что невиновен. Пьяный  или  трез-
вый, одурманенный наркотиками или безумный, я никогда не стал бы их лас-
кать".
   Флинн умер в возрасте сорока девяти лет - бурная жизнь доконала его.
   Голливудский актер Кифер Сазерленд  собирался  жениться  на  очарова-
тельной Джулии Робертс. Но мечты актера развеялись как дым, когда газеты
обнародовали историю его связи с танцовщицей из  ночного  клуба  Амандой
Райс.
   Свадьба Сазерлевда и Робертc должна была стать грандиознейшим  голли-
вудским праздником. Ее стоимость оценивали в миллион долларов.
   Но за три дня до свадьбы Джулия и ее родители стали беспокоиться, что
намеченное торжество может не состояться, так как  Сазерленд  продолжает
встречаться с другими женщинами, в том числе и с Амандой.
   Аманда даже сообщила журналистам, будто  Сазерленд  говорил  ей,  что
"спать с Джулией - это все равно что спать с трупом".


   "Опасен для женщин!"

   Короткая и бурная семейная жизнь доконала даже великого боксера Майка
Тайсона.
   Хотя его жене Робин Гивенс от экс-чемпиона тоже досталось немало.  Но
Робин сквиталась с ним. Она публично унизила Тайсона, выступив по  теле-
видению и вылив на него ушат грязи. Она назвала жизнь с бывшим чемпионом
сплошным кошмаром.
   Что Тайсон способен превратить чьюто жизнь в кошмар, подтвердил и суд
над ним за изнасилование восемнадцатилетней королевы красоты.
   Робин Гивенс по-прежнему выступает в театре. После развода с Тайсоном
своего мнения о нем она не изменила.
   "Майку следовало на груди носить табличку  с  надписью;  "Опасен  для
женщин!" - заявила Робин. - Он сущий дьявол. У него бешеный темперамент. Я
от него в ужасе". К тому же она сказала, что ее мать  Рут  Ропер  попала
из-за зятя в клинику. "Он буквально разбил ей сердце".
   Однако многие считают, что Гивенс согласилась выйти за бывшего чемпи-
она изза его денег и с самого начала имела намерение развестись  с  ним.
Это подтверждается и той спешкой,  с  которой  она  приобрела  роскошный
особняк в Калифорнии.


   "Жадная королева"

   Крупный магнат и владелец отелей Гарри Хелмсли был опозорен благодаря
грязным делишкам его жены.
   Леону Хелмсли даже с натяжкой нельзя назвать сексапильной. Она не мо-
лода и не очень красива. Но тем не менее Леона сломала жизнь своему  му-
жу. И сделала это из-за своей жадности.
   "Жадная королева" превратила Гарри Хелмсли в посмешище, выставила его
свихнувшимся старым идиотом, который больше не может править своей  кор-
порацией.
   Некоторые из компаньонов семидесятилетнего Хелмсли вспоминают, что до
женитьбы на Леоне он был тихим и замкнутым человеком.
   Но позже жизнь одинокого "волка" резко изменилась. Начались бесконеч-
ные вечеринки и приемы.
   Актер Клиф Робертсон вспоминает одну из вечеринок, устроенных Леоной:
"Леона показала нам свой бассейн,  где  нас  сфотографировали.  Эта  де-
монстрация свалившегося на нее богатства раздражала меня,  и  мне  стало
жаль Гарри. Он был очень милым человеком, и мне хотелось, чтобы все пос-
корей закончилось".
   За многочисленные случаи уклонения от уплаты налогов Леону приговори-
ли к штрафу.
   Некоторое время спустя ей уже грозило четыре года тюремного  заключе-
ния. Она обратилась в апелляционный суд с прошением  пересмотреть  дело,
но ей было отказано.
   Федеральный суд США оставил Гарри Хелмсли маленькую надежду.  Дело  в
том, что из тридцати трех проходивших по делу счетов в четырех были  об-
наружены неточности.
   Однако обвинение считало, что решение суда лишь изменит сумму штрафа,
но никак не повлияет на приговор.
   В итоге судебные баталии Леоны стоили ее  мужу  около  двадцати  пяти
миллионов долларов.
   Но это пустяки по сравнению с тем, во что обошлось бывшему телепропо-
веднику Джиму Баккеру его увлечение Джессикой Хан.


   Грешники в аду

   Баккера "заложила" служительница церкви Джессика Хан, которую тот, по
ее словам, накачивал наркотиками и насиловал в номере отеля во  Флориде.
Помолившись об отпущении грехов заблудшей овце, Баккер  снова  появлялся
на телеэкране с проповедью благочестия и праведной жизни.
   Разразившийся скандал привел к официальному  расследованию  источника
прибылей святого отца. В результате он получил приличный срок  тюремного
заключения.
   Сама же Хан продолжала заниматься делами подобного рода,  но  уже  за
плату. Фотоснимок ее роскошного тела  украсил  журнал  "Плейбой".  Позже
Джессика подрабатывала стриптизом в Аризоне. Сейчас за пару долларов лю-
бой мужчина может узнать по ее телефону расценки на сексуальные  услуги,
оказываемые бывшей послушницей.
   Однако по телефону вы можете узнать кое-что и о  самой  Джессике.  "Я
хочу, чтобы все знали, что я не эгоистка и могу быть  полезной  другим, -
объясняет она. Я хотела отдаваться только Богу и стать святой, но грешная
жизнь сделала меня секс-моделью".
   Стала секс-моделью, но уже в совершенно непристойном  "Пентхаузе",  и
проститутка Дебра Мерфи, опозорившая телевизионного проповедника  Джимми
Сваггарта.
   Мерфи зарегистрирована как проститутка в двух  штатах  США.  Сваггарт
платил ей немалые деньги за любовные игры в стареньком отеле,  и  она  с
удовольствием воспроизводила для него откровенные позы из "Пентхауза".
   Потом Мерфи неплохо заработала, рассказывая о своих любовных играх  в
прессе. Мерфи поведала ошарашенным телезрителям, что Сваггарт, высмеива-
ющий с телеэкрана слабости Баккера, в конце концов  сам  попался  на  ее
крючок и посещал ее больше года.
   Он не скупился на деньги, и она удовлетворяла все  его  фантазии.  Но
когда он пожелал, чтобы зрителем этих спектаклей стала  ее  девятилетняя
дочь, Дебра пришла в ярость. И рассказала обо всем журналистам.
   Вскоре Сваггарт появился на телеэкране и со слезами в глазах раскаял-
ся в свершении великого греха, заявив, что верующие видят его в  послед-
ний раз.
   Но через некоторое время на церковной ассамблее отцы  церкви  осудили
Сваггарта за отказ выступать на телевидении с проповедями.  Это  грозило
потерей дохода в сто сорок миллионов долларов в год. Святые отцы вынуди-
ли Сваггарта снова приступить к наставлению американцев.
   Вернувшись на телевидение, Сваггарт объявил своей пастве, что Всевыш-
ний простил ему его грехи. "Кто прошлое помянет - тому глаз вон".


   Сражение в доме моделей

   Даже знаменитый дом Гуччи не избежал скандала. Известный модельер Па-
оло Гуччи и его жена, страстная поклонница оперы, сцепились в 1991  году
в смертельной схватке из-за грязных похождений первого и безмерной  алч-
ности второй. Семейная жизнь дала трещину, когда Дженни  Гуччи  заявила,
что пятидесятилетний Паоло поселил в своем загородном старинном особняке
молодую соблазнительную девицу, годящуюся по  возрасту  ему  во  внучки.
Дженни поклялась, что это ему даром не пройдет.
   Оскорбленная Дженни утверждает, что той женщиной была  двадцатилетняя
Пенни Армстронг, работавшая у Гуччи. "Что их объединяло при такой  дикой
разнице в возрасте? Уж наверняка не увлечение тяжелым роком!"
   Король моды сделал опрометчивое заявление: "Дженни стала вульгарной и
циничной. Мои чувства к ней остыли".
   Забавно, что судья из Манхэттена, который  вел  это  разбирательство,
раньше был арбитром в деле Трампа, потерявшего в  итоге  почти  двадцать
пять миллионов долларов. В этот раз на кон было поставлено  еще  большее
состояние - пятьдесят миллионов долларов. Поэтому Паоло и Дженни  решили
сражаться до последнего вздоха.
   "Моя жена совершила огромную глупость, - заявил Гуччи. - Она  действует
как Саддам Хусейн. Не начни она войны, получила бы все, что пожелает.  Я
ведь ей никогда ни в чем не отказывал, а она отплатила мне черной небла-
годарностью. Теперь она рискует потерять все".
   Дженни, стройная белокурая англичанка, познакомилась с  модельером  в
Италии, где обучалась оперному искусству. Теперь она полна  ненависти  и
решимости и заявляет: "Я не Хусейн. Хусейн - это мой  муж,  а  я  Норман
Шварцкопф, и вы все прекрасно знаете, кто из них победитель!"


   Матч любовниц

   Вот неожиданный поворот в известной всем  истории:  королеву  тенниса
Мартину Навратилову опозорила ее любовница, манекенщица из Техаса  Джуди
Нельсон.
   Нельсон потребовала от чемпионки через суд десять миллионов долларов,
приложив к своему иску пятиминутную видеозапись.
   Джуди стала любовницей всемирно известной  теннисистки  по  настоянию
мужа. Теперь Джуди заявляет, что  они  с  Мартиной  были  партнерами  не
только в постели. Ее адвокат Джерри Лофтин сказал: "Джуди очень расстро-
ена случившимся, но надежду на перемирие с Мартиной потеряла.  Их  конт-
ракт был снят на видео и дает ей право на равную долю прибыли".
   В 1991 году Мартина прекратила отношения с Нельсон и нашла себе  под-
ругу помоложе - Синди Нельсон, однофамилицу Джуди.
   Джуди утверждает, что у нее есть запись интервью  с  Навратиловой,  в
котором та заявляла, что Джуди была ее партнером "во всем".
   Мартина утверждает, что в момент заключения контракта они не были  "в
браке". Однако некоторые из авторитетов тенниса говорят,  что  эта  пара
совершила своего рода "брачную церемонию" и даже обменялась кольцами.
   Мартина считает, что судебный иск Джуди позорит ее славное имя  побе-
дительницы ряда уимблдонских турниров.


   
                             продолжение


   

  Все документы по истории


       
мокрые и влажные сис... http://poporaj.com