Информация
Интересности
Литература
Искусство
Детям
Предложения
Каталог
Об авторе


Детский интернет-журнал «Санька - Бешеный кролик!»

Превосходное место для Вашей рекламы!

Мой мир. Персональный сайт Ольги Тышковец

Архив: история как она есть и загадочные явления

Украина.doc - Сетевое издание



Интервью

      Главная - Информация - Все интервью - Эта страница



Яков Жуковский

  




Фото Валентины Марусенко

  


Наш гость - профессиональный журналист со стажем постоянной работы в средствах массовой информации почти 74 лет. Ведь представьте себе: Яков Петрович Жуковский свой первый очерк в газету написал еще в марте 1930-го!
Сейчас он, понятное дело, на пенсии, но, несмотря на свои 93 года, все еще продолжает заниматься журналистикой.
Родился Яков Жуковский 19 января 1911 года в Одессе. Работал в московских газетах "Гудок" и "За индустриализацию", был корреспондентом в Одессе, печатался в "Известиях", журналах "Огонёк" и "Октябрь". Во время войны редактировал заводскую газету на военном заводе. После войны, в 1943-м, переехал в Киев и тридцать лет проработал в газете "Правда Украины".
Член Союза журналистов Украины, в котором он проработал консультантом и руководителем творческих секций, Жуковский создал и редактировал журнал "Журналист Украины", после чего еще десять лет был штатным обозревателем газеты "Киевские новости".
При этом не отказывается Яков Петрович Жуковский и от "достижений цивилизации". Так, он легко пользуется компьютером и интернетом, ведет оживленную переписку по электронной почте. Именно поэтому мне и захотелось встретиться с этим человеком...

  

Профессия на всю жизнь

- Как получилось, что Вы стали журналистом?
- Знаете, в детстве я и предполагать не мог, что когда-нибудь буду заниматься чем-то подобным. Да и вообще, в свои 19 лет я еще даже и не задумывался над тем, кем стать.
Мне, правда, очень хотелось поступить в одну из модных тогда профшкол (меня очень интересовала известная по тем временам в Одессе электропрофшкола). Но нужно было идти работать - ведь после смерти отца мать одна "тянула" нас с сестрой. Потому я пошел на завод.
В те годы я сочинял стихи (хотя кто из молодых этим не балуется?) Были это, нужно сказать, плохие стихи. Я и сам тогда это понимал. Как называл их мой приятель, который также этим "грешил", "три рубля ведро".
Вместе с моим приятелем мы посещали литературную студию "Станок", которая собиралась каждую субботу в одной из комнат редакции местной газеты. Все произойшло случайно, как это и бывает часто в жизни.
Однажды я задержался на заводе, поэтому опоздал на занятия. Не решаясь войти в комнату, где работала студия, я долго топтался перед дверью. Все ждал - вдруг кто-нибудь еще прийдет, или же, наоборот, выйдет кто-нибудь из слушателей. Потом пошел бродить коридорами.
И вот иду я и вдруг вижу: открытые двери, а посреди комнаты, за старинным бюро со шторкой, сидит бородач, который что-то строчит на стареньком "Ундервуде". На голове у него наушники, а перед ним стоит роскошный радиоприемник с тремя лампами.
Этот приемник и заинтересовал меня. Я ведь и сам тогда занимался радиолюбительством, даже смастерил себе небольшой приемничек, простой, детекторный (по схеме, помнится, Шапошникова). С его помощью можно было даже Москву услышать.
Но тот радиоприемник, который я увидел у бородача, показался мне настоящим чудом техники. Поэтому я, замерев, с восхищением смотрел на мерцающие передо мной лампы. О том же, что слушал бородач и что он печатал на машинке, я тогда, конечно, и не думал.
И вдруг вижу: один наушник сполз с уха бородача, он старается його поправить, продолжая тем временем что-то печатать. Я подбежал и придержал наушник. Но бородач даже не взглянул на меня, продолжая печатать. И только со временем, закончив свое дело, он с удивлением посмотрел на меня, бросил мне "Подожди" и куда-то побежал с напечатанными листами.
Как я понял позднее, я оказался свидетелем процесса передачи информации ТАСС для провинциальных газет. Диктор при этом читал текст медленно, постоянно повторяя информацию, чтобы слушатели успели все записать. Выглядело это так: "Лон-дон. Повторяю: Лон-дон. Вчера началась забастовка шахтеров в У-эльсе. Повторяю по буквам: Уля, Эммануил, Леонид, мягкий знак, Степан, Елена…Уэльсе..."
Выяснилось также, что бородач был заведующим международным отделом областной газеты "Черноморская коммуна". Именно таким образом он тогда и получал необходимую информацию.
В тот день мне и самому захотелось ее услышать, поэтому ночью с помощью своего Шапошникова я нашел нужную радиостанцию и записал ее. Когда же на следующий день я принес запись Гольдману (так звали бородача), тот был поражен. "Где ты ее взял?" - спросил он.
Вот с того времени и повелось, что каждую ночь я слушал передачи из Москвы, записывал их, после чего шел к Гольдману. О "Станок" я постепенно забыл. Мне стало значительно интереснее, что скажет бородач о моих "творениях". И однажды Гольдман был даже поражен - я принес информацию, которую он не слышал.
- Послушай, - сказал он мне - а чем ты вообще занимаешься?
Я рассказал. И через несколько дней он отвел меня к редакционному руководству.
Так я и попал в газету. Но не к Гольдману в его международный отдел, а в отдел промышленности и транспорта. Причем, направили меня туда совсем не потому, что считали это полезным для отдела, а потому, что работало там тринадцать человек...
- То есть чертова дюжина?
- Ну да. И это им очень не нравилось. А поскольку увольнять они никого не собирались, то и решили принять на работу еще одного работника - четырнадцатого. Меня.
- С этого и началась Ваша журналистская карьера…
- Собственно говоря, так. После этого, правда, были еще долгие годы обучения. Но, занимаясь, я продолжал работать в газете. В другой, правда.
- Почему? Вас уволили? Руководство отделом решило вернуться к числу тринадцать?
- Нет, все было гораздо проще. В тот, первой в моей жизни газете, я выполнял небольшие журналистские поручения. Например, вернулся теплоход из далекого плавания, и я мчал в порт, чтобы узнать, где были одесские моряки, что видели, что привезли с собою. Создали на заводе сельхозмашин новый плуг, предназначенный уже не для конной упряжки, а для трактора, и я ехал туда.
Писал я об этих событиях огромные очерки, рассказывая на нескольких страницах обо всем, что увидел и узнал. Ведь все мне тогда казалось важным! Но Яков Кравцов, опытный журналист, который опекал меня, вычеркивал почти все из моих "писаний", оставляя в лучшем случае разве что два абзаца. Я, конечно, переживал, считая, что выбрасывает он самое интересное, но Кравцов был неумолим.
И вот однажды он сказал мне: "Если хочешь стать настоящим журналистом, тебе нужно научиться делать все самому - и готовить материалы, и сокращать их, и даже научиться их расставлять на столбцах. А для этого тебе нужно найти небольшую газету и поработать там".
Такая газетка в скором времени обнаружилась, и я очень быстро понял, что Кравцов дал мне очень добрый совет. Руководство железной дороги решило создать многотиражку "Путь железнодорожника", и меня направили туда ответственным секретарем. Кроме меня, правда, в этой газете больше никого и не было, но я очень рад, что мне посчастливилось в ней поработать - ведь именно там я и понял окончательно, что такое настоящая журналистика. Газетка была маленькой, выходила каждую неделю на четырех небольших страницах, но именно она и стала моей первой и, наверное, наиглавнейшей "журналистской школой".
Потом я поехал в Москву и поступил в университет. Однако, обучение мне пришлось соединять с работой. Ведь по тем временам таким студентам, как я (выходцам не из рабочей семьи) не давали ни стипендии, ни общежития. Вот если бы я приехал туда чуть пораньше, когда еще был слесарем, то тогда бы, конечно, все могло сложиться иначе.
На этот раз мою дальнейшую судьбу решила именно эта небольшая газетка "Путь железнодорожника" - в Москве я пришел в главную тогда железнодорожную газету страны "Гудок", и меня сразу же приняли на работу, поскольку у меня был опыт работы на железной дороге.
- Кстати, ведь именно в газете "Гудок" работали в разные года известнейшие писатели - Валентин Катаев, Илья Ильф, Евгений Петров, Юрий Олеша…Вам не приходилось с ними встречаться?
- Катаев, Ильф и Петров работали там до меня, поэтому с ними мне встретиться не довелось. А вот с Юрием Олешей я встречался. Он работал, правда, внештатником, но каждое воскресенье приходил в редакцию, отбирал письма, присланные читателями, и уже, опираясь на них, создавал свои фельетоны. Вообще же, по тем временам эта газета была одной из наикрупнейших в стране. Там я проработал два года, некоторое время даже заведовал отделом, но потом решил вернуться в Одессу - мне предложили должность собственного корреспондента также одной из наикрупнейших тогда газет СССР, московской газеты "За индустриализацию". Это уже была совершенно самостоятельная работа.
- Все у Вас как будто бы произошло случайно. Случайно встретили бородача, случайно начали работать в редакции… А вот интересно, прежде Вас никогда не тянуло в прессу? Может, в школе что-нибудь писали - кроме, понятное дело, стихов?
- Пожалуй, нет. Меня всегда больше тянуло к технике. Я тогда очень увлекался радиолюбительством, читал об этом все, что находил в журналах. В школьном аттестате есть, правда, такая запись: "Имеет способности к литературе", но это, наверное, оттого, что я тогда стихами забавлялся.
- Наверное, после того, как Вы стали собственным корреспондентом центральной газеты, Вам уже не хотелось снова возвращаться в маленькую многотиражку?
- Если честно, то, конечно, не очень хотелось. Но все же это случилось, и не по моему желанию. Дело в том, что в эвакуации, во время войны, когда мне довелось работать на военном заводе, где я был заместителем начальника литейного цеха (мы занимались отливом авиационных бомб), я создал еще одну заводскую многотиражку - она имела название "Боец тыла" - и был ее главным редактором вплоть до отъезда в Украину осенью 1943-го.
- Именно с этого времени Вы и живете здесь?
- Да. Сначала я тридцать лет проработал в "Правде Украины", а уже потом, после выхода на пенсию, одиннадцать лет в газете "Киевские новости".
- А как и когда Вы впервые столкнулись с интернетом?
- В марте 2002 года. Я тогда уже был на пенсии, но писал статьи для газеты "Киевские новости". Отвозить их в редакцию мне уже было тяжеловато, вот я и решил купить себе компьютер. А потом мне и интернет подключили.
С этого все и началось.
- А есть ли у Вас дети, внуки?
- Есть дочка, есть и внуки, но все они сейчас всей семьей живут в Греции.
- Какие темы как журналиста интересуют Вас более всего?
- Политика и экономика.
- Что, на Ваш взгляд, является главным для журналиста?
- Если бы я сказал, что прежде всего нужно быть внимательным к людям и честным в суждениях, то это, наверное, были бы только общие слова. Ведь всем нужно быть как внимательными, так и честными.
Поэтому скажу, что журналисту нужно просто уметь слушать людей. Слушать и слышать их. И, конечно же, уважать их убеждения.
Вообще же, для настоящего журналиста эта работа не на один день или год.
Так, мой старый редактор, который старше меня на несколько лет (он был, на мой взгляд, лучшим редактором в Украине, ведь это при нем наша "Правда Украины" достигла тиража в 700 тысяч экземпляров) на днях позвонил мне поздно вечером, почти в 11 часов, чтобы спросить, как сыграло киевское "Динамо" с итальянским "Интером", а еще, проголосовали ли в конце концов в Верховной Раде Закон о политической реформе.
И это, несмотря на то, что сейчас он тяжело болен и почти не встает. Тем не менее, каждое утро нему приносят газеты, и он о любой из них имеет свое собственное мнение.
Так что, журналистика - это на всю жизнь.
 

© Сергей Тышковец * январь 2004
  

      Главная - Информация - Все интервью - Эта страница

яВОТ. Интернет-всячина